Книга Командор, страница 192 – Валерий Гуминский

— Аргай! — раздраженно рявкнул Боссинэ, перевалившись через перила. — Дай сигнал на упреждающий залп! Мне надоело это представление!

— Слушаюсь, хозяин! — старший охранник, у которого под глазом наливался желтизной синяк, на мгновение вскинул голову, и лихо развернулся на месте, свистом подзывая к себе пушкарей.

На «Соловье» насчитывалось две пушки. Перед походом их предусмотрительно перетащили к правому борту, как будто заранее знали, что они пригодятся именно на этом месте. Боссинэ и в самом деле оказался опытным купцом, знающим даже такие тонкости, способные испортить настроение на целый день.

Между тем на мачту живо вскарабкался шустрый паренек, залез в «воронье гнездо», как местные речники называли марсовую площадку, и замахал красным и зеленым флажками.

— Что сие означает? — полюбопытствовал я. Сигнал не походил ни на один из знакомых мне по морскому уставу.

— Стрелять с осторожностью, не на поражение, — пояснил купец. — Обычно одного выстрела хватает, чтобы эти болваны обратились в бегство.

Гулко хлопнули один за другим выстрелы с «Соловья». Два столба воды с пенными выплесками поднялись перед авангардом рыбачьих лодок, показывая серьезные намерения, если никто не повернет назад. Кто-то завопил от неожиданности, а более воинственные стали потрясать веслами.

В ответ на эти мелкие угрозы рявкнули пушки с «Оленя» и «Лаванды». Через несколько минут война на фарватере завершилась бегством местных рыбаков. И смех, и грех. Но происшествие вызвало оживление на кораблях.

Как уже было сказано, в авангарде каравана шел «Олень», на котором разместился боевой десяток Рича. За ним как по ниточке на установленном расстоянии в пятьдесят ярдов пыхтела «Лаванда», на долю которой пришлось тянуть грузовую барку «Енот». Следом пристроился «флагман» — «Соловей» со штабом каравана, то есть я вместе с Михелем доном Ансело и десятком штурмовиков, а также сам Боссинэ со своим отрядом.

Ну и в арьергарде «Енот» тащил за собой барку с довольно претенциозным названием «Счастливчик». Не знаю, какой долей юмора нужно обладать, чтобы так обозвать тихоходное корыто, чья судьба — утонуть гораздо быстрее чем сгнить на берегу. Но именно там, на «Счастливчике» нес охрану Гусь. Я его назначил десятником, решив проверить командирские качества парня. Тихоход становился слишком лакомым кусочком для нахальных баронов, вздумай они напасть на караван. Поэтому и решил именно на барке организовать оборону.

До Шелкопадов нам еще долго пыхтеть, и каждый день, проведенный на реке, будет проверкой готовности моих амбиций. Тарли перед отходом каравана предупредил, что самый тяжелый путь — это туда. Корабли набиты товаром, их ценность возрастает неуклонно с каждой пройденной милей. Когда купец удачно распродался, обратная дорога кажется невероятно быстрой, легкой и безопасной.

Очень надеюсь, что караван придет в Шелкопады в целости и сохранности, как и мой отряд.

Судя по карте, первым крупным городом на Рокане будет Эбонгейт, где планируется разгрузить часть товаров. До него мы дойдем через двое суток. Это самый безопасный участок, как пояснил Боссинэ. Нападений на хорошо защищенные караваны здесь почти никогда не бывает. Почти — это тот случай, когда обязательно что-то происходит. Как в Дарсии делают, когда хотят отвести от себя беду? Плюют трижды по сторонам. Вперед, налево и направо. Назад не стоит. За спиной у человека всегда находится дух-хранитель. Каково ему будет получить плевок в лицо?