Книга Командор, страница 94 – Валерий Гуминский

Гусь свистнул. Щербатый не ответил. Еще раз попробовав вызывать напарника, штурмовик выругался и стал обходить по лесам стену. Ну да, Щербатый дрых, прислонившись к стене и свесив ноги вниз. Пинок по ноге привел его в чувство.

— Хорош спать! — прошипел Гусь, оглядываясь. Отсюда происходящее на реке не было видно. Угол дома надежно закрывал часть Пустоши. — Пошли, покажу кое-что!

Бить тревогу Гусь пока не собирался. Магия там, не магия — сначала нужно внимательно разглядеть, что за шары, куда они полетят. В Оксонии бывали случаи, что чародеи и алхимики уходили из города в лес или на побережье, где подолгу экспериментировали своими дьявольскими изобретениями. Может, и здесь нашлись такие чудаки, не желающие никому зла.

Щербатый замысловато выругался, когда разглядел, из-за чего приятель такой злой и возбужденный.

— А чего это такое, а? — спросил он, яростно почесывая макушку. — Чего они крутятся над водой? Кракена вызывают?

— Заткнись, придурок! — зашипел Гусь, делая охранительный знак ладонью перед своей грудью. — Накликаешь беду! Вдруг они никуда не полетят?

— Надо капитана будить, — решительно сказал Щербатый. — Ты можешь любоваться на эту погань, но я предупрежу ребят. Пусть они посмеются потом, но зато живы останутся.

Щербатый был прав. Неожиданное и неизвестное есть происки врага. Помни об этом!

— Иди, — согласился Гусь, сжимая рукоять палаша. Он перешел на свой пост и не стал спускаться вниз. С лесов обзор открывался на большую часть Пустоши и Чернявку. Шары, вертящие молчаливую карусель, преодолели речку и растянулись вдоль берега, начиная медленно прижиматься к земле.

От лагеря артельщиков послышались встревоженные голоса. Щербатый уже доложил дону Ардио о происшествии, а тот недолго думая, поднял работников и стал загонять их внутрь особняка. Он понимал, что это очень опасно. Кровля могла в любой момент обрушиться на их головы, но еще хуже оставаться на открытой местности. Шары принадлежали чуждой магии, поэтому следовало беречься от них в первую очередь.

— Быстрее шевелитесь, медузы сухопутные! — ругался дон Ардио, и его зычный голос разносился по Пустоши. — Если начнется пожар, каменные стены спасут нас!

Гусь представил, как капитан размахивает кортиком и дергает своим плечом, пугая артельщиков, рассмеялся.

— Эй, лапчатый! — заорал дон Ардио, как будто услышал его смех. — Что там творится?

— Шары приближаются, вытянулись в цепочку! — отчитался дозорный.

— Сколько до них?

— Не могу точно сказать…

— Плевать на точность! Ты же не бомбардир, дьявол тебя задери!

— Шагов триста!

— Следи за ними, пока расстояние не сократится наполовину, а потом сигай вниз!

— Понял, капитан! — откликнулся Гусь. Затаив дыхание, он смотрел, как семь шаров, как будто подчиняясь невидимому хозяину-фокуснику, ускорили движение в сторону особняка. И вдруг с гулким грохотом взорвались, выплескивая в разные стороны яркие желто-красные языки огня!

— Ой, матушка моя! — выставив ладонь, чтобы спасти глаза, взвыл Гусь. Он едва не сверзился с лесов от неожиданности. Сухая горячая волна воздуха коснулась его, и сразу же неприятно зажгло кожу тысячами мелких иголок.

Артельщики испуганно заголосили, и кто-то из самых недалеких умом попытался рвануть в сторону Акаписа, словно надеялся опередить ревущее пламя, приближавшееся к особняку.