Книга Мятежный рейд, страница 16 – Валерий Гуминский

— Манихарт — это маг губернатора? — уточнил Рич.

— Ага, он самый.

— Я же сказал, что помогу тебе, — хрипло произнес штурмовик, нехотя отлипая от горячего и гибкого тела Озавы. — Будешь под нашим присмотром. Игнат приставит охрану и защитит от Котрила.

Они вышли на улицу, когда над серебристой полоской моря вспыхнули лучи восходящего солнца и раскрасили его золотисто-красными мазками. Озава несла корзинку с готовыми зельями в пузырьках, которые наотрез отказалась оставлять в доме. Мало ли, забредут сюда дети или любопытные соседи — а это обязательно произойдет, когда дом будет стоять пустым — обнаружат магические препараты и выпьют их. Какие будут последствия — страшно представить. А зачем это чародейке, заслужившей хорошую репутацию среди горожан? Пойдут слухи, губернатор заинтересуется, кто промышляет подобными непотребствами, а там и до костра недалеко.

Рич нес на плече мешок с ее вещами и внимательно посматривал по сторонам. Здесь уже многие знали, что какой-то «черный» приходит к девушке и скрашивает ее одиночество, поэтому штурмовик особо не волновался о ползающих по побережью слухах. Плевать на них. Он пытался понять, были ли с Клещом и его компанией еще люди. Прячется где-нибудь в брошенном доме и следит за ними. Но нет, Озава шла спокойно, не вертела головой и по виду полностью приняла свою судьбу. Какая разница, кому служить: Котрилу или Сироте. Не в том она положении, чтобы возмущаться и показывать свою независимость.

Им повезло. По дороге из порта их нагнала скрипучая телега с сидящими на ней двумя мужиками в потрепанных сюртуках. Один правил лошадью, второй устроился на конце, свесив ноги. Середина телеги была занята ящиками с торчащими из них пучками соломы. Рич предположил, что в них находится стеклянная посуда, и везут ее для важных господ.

Один из мужиков узнал Озаву и предложил подвезти до рыночной площади. Да и Рич уже примелькался в Акаписе. С ним сдержанно поздоровались и на этом общение закончилось. То ли раннее утро не способствовало разговорам, то ли попутчики здраво рассудили, что не зря «черный» шастает по дорогам с чародейкой. Может — любовь, а может — и делишки какие под покровом ночи обтяпывали.

На площади Рич и Озава соскочили с телеги, поблагодарили за помощь, а мужики покатились дальше, судя по направлению, в Купеческий квартал или на Золотую улицу. Значит, и впрямь в ящиках нечто ценное и хрупкое.

— Пойдем пешком? — девушка присела на край фонтанной чаши, корзинку поставила в ногах.

— Ты что? — рассмеялся Рич, пристраиваясь рядом. — Мы ноги сотрем до поясницы, пока до Пустоши доберемся. Сейчас попутчиков найдем или карету наймем.

Озава только головой покачала. Прикипевший к сердцу штурмовик был излишне расточителен из-за той, кто творил козни по указке сеньора Котрила, и по мнению девушки, просто обязан бросить её. Боялась ли она встречи с Игнатом Сиротой? Ну, так выбор был сделан ночью, когда во вспышке «холодного огня» сгорели три помощника Рэйджа. Теперь только один путь — под крыло жутких «чёрных».

— Подожди, я сейчас, — Рич оживился и направился к проезжающей мимо прилавков длинной телеге, груженной тесаными досками. Остановив возницу, о чем-то с ним быстро переговорил, потом махнул рукой, подзывая чародейку.