Книга Легенды морей, страница 97 – Валерий Гуминский

Корвет-капитан Рембер появлялся у себя редко, почти всё время находясь на боевом посту. Когда заходил в каюту, с его плаща скатывались крупные капли влаги.

— Сырость невероятная, — посетовал он однажды, налив себе чарку рома, чтобы согреться. — Рулевые паруса отяжелели, маневрировать трудно. Знаете, сударь, я решил изменить маршрут. Сначала пойдём к Дальнему, где вас высадим, а потом займёмся патрулированием. Всё равно до полудня туман не рассеется.

— Поднимитесь выше, — пожал плечами Аттикус. — Хотя, не уверен, что там нет болтанки.

— Вот именно, — осушив чарку, ответил Рембер. — Мы встали на поток, а наверху ветер сильнее. Лучше потеряем час, но зато надёжно дойдём до Дальнего.

Когда Аттикус устал от беспрерывного гула гравитонов, корвет начал снижаться, и вскоре встал на воду, качнувшись из стороны в сторону. Видать, на боковую волну встал, вот и шатает.

— Собирайтесь, сударь, — в каюту вошёл вахтенный, посланный корвет-капитаном. — Шлюпка ждёт вас.

Через полчаса агент-связник стоял на галечном берегу и смотрел на поросшие редким кустарником холмы, за которыми находилась тропа, ведущая к Дасхолду. Махнув рукой гребцам на прощание, он уверенно поднялся наверх, перевалил песчаную гряду, некоторое время постоял в полном молчании, кутаясь в плащ от пронизывающего ветра. Нужный ему посёлок находился намного южнее отсюда. Найдя взглядом хорошо видимый ориентир в виде скалистого утеса с кривым деревом, растущим на отвесной стене, он кивнул своим мыслям и бодро зашагал по бездорожью, посвистывая незатейливую мелодию под нос. До Пустоши Кракена ещё оставалось много морских миль, таивших в себе опасность, но Аттикус, заразившийся уверенностью Игната, нисколько не сомневался, что доберётся до дома и привезёт ответ лорда Келсея, который обрадует командора.

Примечание:

[1] Владислав Комин — Перчатка.

Никогда я ещё не испытывал столько эмоций, как в тот момент, когда два моих брига вышли из гавани, расцвеченные праздничными флажками, и, распустив белоснежные паруса, взяли курс на северо-запад, стараясь заранее уйти с военных коммуникаций. Привлечённые таким небывалым представлением, нам махали с кораблей, стоящих на рейде, что-то кричали и даже палили из ружей в воздух. Никто не понимал, что вообще происходит, но было здорово. Солнце ещё не поднялось в зенит, рассыпаясь серебристыми бликами на воде, паруса гулко хлопали при смене галса, над головами с криками носились чайки, а я стоял на капитанском мостике нового брига, который получил название «Леди Тира» и стал флагманом нашей маленькой, но гордой экспедиции. За нами в кильватере шёл «Кракен», чьё название предложил Пегий. Он мотивировал свою идею тем, что командору помогает морской дьявол, а значит, будет очень рад, увидев старый пиратский бриг, несущий его имя. В совещании участвовали все матросы, и большинство из них с опаской отнеслось к подобному кощунству. Но те, кто прошёл путь от архипелага Керми до Акаписа, горячо поддержали капитана. Они-то знали, что название несёт много смыслов. Таким образом, имя Тиры перешло на флагман. Капитаном «Кракена» стал бывший боцман Кори. Ну, а Пегий теперь красовался в новенькой треуголке и ярко-красном кафтане, с подзорной трубой за поясом, стоя на командном посту «Леди Тиры».