Книга Серое братство, страница 113 – Валерий Гуминский

Открытая галерея, вознесшаяся над землей на уровне двух этажей, кольцом опоясывала королевскую резиденцию. Прежде чем выйти на нее, пришлось преодолеть три поста; большинство гвардейцев уже знали меня в лицо — я времени даром не терял — и поэтому давали мне беспрепятственно пройти на галерею. Я прислонился к каменным перилам и стал обдумывать свое положение. Непонятная и загадочная жизнь чужой страны увлекала меня в неведомые глубины, откуда шли тревожные сигналы опасности. Находясь в положении заложника, я поневоле задумывался о решительных действиях. Ситуация того требовала. Абилард ведь не зря здесь появился. Значит, существует связь между ним и Братством, и скоро Егерь даст о себе знать самым решительным образом. Создавалось щекотливое положение. Лации выгодно держать на коротком поводке своего главного соперника, а, по мнению многих прихлебателей — еще и опасного врага, одержимого местью за уничтоженный род, пусть и хорошо спрятанной за маской доброжелательности. Не знаю, как реагирует на эти слухи королева, но клеветников хватало во все времена. В душу Лации не заглянешь. Выполнить свою миссию и вернуться на Континент — вот лучший выход. Только вот Магвана не убедишь, что иногда можно с легкостью отказаться от притязаний на трон. Он будет преследовать меня до конца дней моих, или до тех пор, пока кто-нибудь из наших не успокоит его навечно. Другого, к сожалению, не дано.

Лация вышла из темноты настолько неожиданно, что я сначала вздрогнул от появления темной фигуры, попавшей в полосу света, льющегося из широкого проема окна, за которым сновали придворные, слуги и прочие обитатели дворца. Странно, что сюда никто не выходил.

— Давно стоишь? — она подошла ко мне, нарочито внимательно посмотрела в угольную черноту внизу. — Стражники сказали мне, где ты прячешься от суеты дворцовой жизни.

— Нет, даже не успел замерзнуть, — бодро ответил я.

— Ночи у нас холодные, сырые. По утрам я дрожу от свежего воздуха. Постель сыреет — ужасно неприятно.

Королева откровенничала перед чужаком — это сразу расположило ее ко мне. Ей тоже приходится быть как и все, кто окружал ее в жизни. Так же, как и я, стучащий зубами по утрам от мерзкой сырости, страдающий от бездарности истопников (вырубка редких лесов в Ваграме строжайше запрещена, а уголь ужасно дорог), расходующих драгоценное топливо без толку.

Лация была в светлом теплом платье с пышным воротником, а на плечах — шерстяная накидка, расшитая замысловатым орнаментом, наверняка, древним и с магическими рунами. В мягком свете блестели золотые серьги, а на груди изредка вспыхивали крохотными искорками бриллианты в колье. В неясном освещении лицо королевы показалось мне грустным и задумчивым. Я поспешил заполнить возникшую тишину.

— Как прошел день? — я пытливо посмотрел на Лацию. — Думаю, не все, что ты сегодня обсуждала — секрет.

— Нет, — улыбнулась королева. — Так, пустяки. Просители, военные вопросы… Я думала: если мы отыщем Амалею, она наверняка докажет твой статус. Представляешь свои выгоды? По закону королевства ты, как представитель, нет, как прямой наследник рода Вадигоров, получишь в свое пользование владения на берегу Западного океана. Там изумительный климат, можно разводить породистых скакунов или племенных быков. Ну, со вкусами определишься сам. Королевским указом ты будешь получать каждый месяц жалованье как советник по внешним связям… Наберешь себе людей, управляющего… Я уже подготовила указ, но требуется присутствие Судьи.