Книга Серое братство, страница 155 – Валерий Гуминский

— А есть такой пункт? — заинтересовался Балт, отойдя от изумления.

— Вас это интересует больше, чем угроза волнений в Ваграме? — прошипела Женнис. — Очнитесь, Балт! Вас ввели в заблуждение, как слепых котят. Очнетесь — будет поздно. А вообще-то, энн министр, вы никогда не отличались лояльностью к власти.

— Я спросил, энни Женнис, существует ли возможность такого решения вопроса? — не обращая внимания на ядовитую шпильку королевы-матери, министр вежливо посмотрел на Судью.

— Нет такого пункта, — ответила старуха.

— Я прошу записать это, чтобы потом у кого-нибудь не возникло желания переписать закон! — весело воскликнул я.

Балт громогласно захохотал.

— Да как ты смеешь подвергать сомнению королевские законы! — Женнис сжала пальцы в кулаки, хотела даже вскочить, но передумала и осталась сидеть на месте. Ого! Оказывается, она не настолько хорошо выдержана.

— Почему бы и нет? — Балт не унимался. Он явно хотел досадить Женнис. Чем она насолила министру — оставалось для меня загадкой. Но я был рад такому союзнику.

— Это попытка внутреннего переворота!

— Не выдумывайте чепухи! Дойдет до того, что вы обвините во всех бедах, постигающих Ваграм, молодого Вадигора!

Ого-го! Началась нешуточная перепалка. Не думал я, что легкомысленная фраза поднимет застарелые обиды, загнанные вовнутрь недовольство и желание воспротивиться слову Женнис. Я уже понял, что королева-мать старается руководить Лацией из-за темной занавеси. Вот почему она удалилась на покой, передав управление дочери. Легко спихнуть неудачи на молодую и неопытную королеву, одновременно влияя через нее на знать и простолюдинов.

— Господа! — вскочил Григ. — Уважайте друг друга, наконец! Нужно решить вопрос: да или нет!

Я безотрывно смотрел на Лацию. Она еле сдерживала смех. Вот кто без обид и застарелой ненависти воспринимал потеху, поднятую мною. Она думала, что я шучу. А кто мешает мне выполнить свою «угрозу»?

— Уважаемый Совет! — воскликнула Женнис, даже пристав со скамьи. — Неужели вы по-настоящему думаете, что королева Лация пойдет на такой шаг? Она воспитана в лучших традициях рода Одемиров, и я не сомневаюсь в ее понимании ответственности перед подданными. А кто такой Вадигор? Он вырос в варварском мире, и совершенно не знаком с реальностью нашего королевства!

— Это оскорбление! — воскликнула Брюнхильда.

— А кого я оскорбляю? Вадигора? Да он сам мутит воду! И это происходит с того самого момента, как появился этот человек в Одеме!

Я в душе восхищался Лацией, бросившей вызов самой матери. Она сумела столкнуть лбами непримиримых, оказывается, людей. До сегодняшнего дня я считал, что большинство придворных аристократов не желают принимать усилия Лации по переустройству всей махины, руководящей Ваграмом. Оказывается, нет. И это радовало.

— Итак, — с видимым облегчением вздохнула старуха. — Статус Гая Вадигора подтвержден всеми необходимыми документами. Он имеет право на наследство своего рода, на вхождение в кабинет королевы Лации без доклада, на управление всякого рода частными делами, которые не затрагивают интересы власти: морское дело, земельное хозяйство, частное вложение денег в благоустройство Одема и других городов Ваграма без высочайшего разрешения. Армия, флот, пограничная служба, Налоговая Контора и контора Финансов находятся вне сферы интересов Вадигора, и без письменного указа королевы Ваграма он никоим образом не имеет права занимать посты в этих учреждениях. Никаких политических партий, запрет на создание тайных обществ, которые могут повлечь своими действиями переворот и хаос в государстве. Полный перечень всех действий, разрешенных и недоступных, передается вам, энн Вадигор. Ознакомьтесь с ним внимательно. Ваше замечание писцы занесли в протокол. Никто не имеет права предъявить вам обвинение в хуле существующей власти, если не будет на то веских доказательств.