Книга Серое братство, страница 172 – Валерий Гуминский

— Через два дня я собираюсь плыть в Ахайю, где находится большой базар. Там продают и покупают все, начиная от иголки и заканчивая таким товаром, как вы. Я продам вас одному человеку, нуждающемуся в рабах-бойцах. Так что я спасу вас от унизительного положения простых рабов, — Фаль-Адени сделал паузу и неспешно погладил бородку, — а сам получу достойную награду: золото и драгоценности. А дальше все зависит от вас самих. Как сумеете распорядиться своими способностями, такая жизнь будет на благословенной земле Белого Солнца.

— А что будет с нами? — осторожно поинтересовался Баралар.

— Я уже сказал: купцы и ученые мне совершенно безразличны. Но вас я продам тоже. Не стоит разбрасываться таким богатым уловом, — топчи рассыпался мелким смешком. Потом резко оборвал смех, выкрикнул что-то в сторону, и за нашими спинами выросли огромные чернокожие великаны с одними льняными повязками на бедрах. Они грозно поведи глазами, и уперли острия копий в наши спины.

— Сейчас вас отведут обратно, накормят. И не вздумайте бежать. Я дал вам шанс пожить дольше.

Здесь Фаль-Адени захохотал во все горло, вдобавок хлопая в ладоши. Потом махнул рукой, подавая знак своим телохранителям увести нас.

Весть о нападении на дворец застал Лацию по пути в Газар, где она хотела остановиться на пару дней, прежде чем достигнуть побережья, охраняемого крепостью Энгал. Вначале она оторопело слушала сообщение догнавшего кавалькаду королевы гонца. Находившийся рядом Калиус хмуро топтался на месте, пока гонец полностью не выложил события, произошедшие в Одеме.

— Надо срочно возвращаться, — решил Калиус, когда Лация отпустила гонца и бессильно теребила край занавеси на карете. — В Одеме мы будем, по крайней мере, под защитой родных стен. А здесь — прекрасные места для засад. Еще около сотни лиг до Энгала. За такое время нас могут убить трижды.

— Как раз сейчас не нужно делать поспешных решений, — Лация глубоко задумалась. — Я не уверена в личной безопасности после приезда во дворец. Попытка нападения может повториться. Это уже не первый случай, вы не находите это странным, энн Калиус?

— Кто-то упорно хочет вашей смерти, моя королева, — Калиус понизил голос, огляделся, ища взглядом охрану. Гвардейцы окружили карету плотным кольцом, не дожидаясь приказа своих командиров. Министр Внешней Охраны посмотрел на застывшего Пака. — В этой ситуации мне разрешено право применить свои полномочия и силой отвезти вас обратно.

— Объясните, зачем! — Лация раздраженно стянула с рук перчатки. — Мне нужно проинспектировать Золотую Цепь, оценить степень готовности гарнизонов к предстоящей войне со Степью. Это займет много времени, которого у меня не хватает. Но королева-мать предупреждена, и сумеет удержать в своих руках порядок в городе.

Не хотела Лация объяснять министру, что всю историю с инспекцией Золотой Цепи она придумала только ради одной цели: убежать, скрыться с людских глаз, от надоедливой толпы придворной челяди, с трудом сдерживая рвущийся из груди крик горечи, обиды, невысказанных слов. Заглушить тоску внезапно свалившегося одиночества могло только что-то необычное, изматывающее физически и нравственно. Без Вадигора жизнь стала пресной и скучной. И как только корабль с Гаем и Амалеей на борту растворился на фоне свинцового горизонта, она поторопилась во дворец. Верный Пак не проронил ни слова, глядя на королеву, кусающую губы, соленые от слез. По прибытии в свою резиденцию она уже знала, что будет делать. С ее планами согласился министр Калиус, не забыв поставить условие, что сам будет сопровождать королеву. И через два дня сотня гвардейской охраны и две ничем не примечательные кареты бешено вылетели из ворот дворца. В одной находилась королева, верный Пак и служанка Фавия. Бесконечная болтовня веселой служанки на время разжала тиски на сердце Лации, но мысли упорно держали прошлое. Она понимала, что Вадигор должен был уехать, несмотря на большие перемены, затеянные ради благополучия Одема, как бы пафосно это не звучало. В сердце еще теплилась надежда на скорую встречу. Пак мудро заметил, что далекая война может похоронить эти надежды. Вадигор встретит другую девушку, простую, не знатных кровей; его поразит стрела или меч более удачливого воина. Лация хмуро ответила, что она имеет право на надежду.