Книга Серое братство, страница 194 – Валерий Гуминский

Поэт с облегчением откинулся спиной к шершавому стволу дерева, вытянул ноги к жаркому пламени костра. Пальцы, давно не державшие графитовое стило, онемели от забытых навыков. Строчки лежали кривыми стежками на желто-бурой бумаге, словно пьяные, растянувшись на долгом пути домой. Треснул сучок — на поляну вышел Шип с котелком воды. Он повесил его над костром и прилег рядом с Поэтом.

— Пишешь? — спросил он, что первое пришло на ум.

— За это время накопилось много мыслей, которые мешают спать, — Поэт положил стило и бумагу в походный мешок, — а я не люблю держать их в голове. Давно не писал. Рука устала.

— И кому нужны твои мысли?

— Кому-нибудь захочется прочитать мои сочинения, а, прочитав — воскликнуть: «А ведь недурен этот сочинитель!» — Поэт улыбнулся. — Да и неважно, будут читать или нет. Не до прекрасного сейчас людям. Война уничтожает в человеке все самое лучшее, доброе. А озверевший от крови и сопутствующих войне несчастий простолюдин вряд ли захочет когда-нибудь внимательно послушать поэзию.

— Крестьянин безграмотен, — заметил Шип. — Твои стихи — метание бисера перед свиньями. В лучшем случае книги по поэзии займут подобающее им место в библиотеках правящих Домов.

— Н-да, ты прав, пожалуй. Где Ноздря? — решил сменить тему разговора Поэт.

— Караулит тропу. У меня есть время на пару храпков, чтобы потом сменить его.

— Лишь бы Магван пошел этой тропой, — сказав это, Поэт вытащил из ножен клинок с изящной гравировкой на гарде и рукояти, с видимым удовольствием оглядел оружие, заворожено наблюдая за тусклыми бликами на нем. Отточенным движением вернул клинок на место.

— Как долго он бегает от вас? — полюбопытствовал Шип.

— Три года, — Поэт задумался. — Если бы не старая Брюнхильда, то о нем до сих пор никто бы и не знал. Это она предупредила Братство о парне по имени Магван, который вынюхивал след Философа. А бабка не захотела, чтобы аламец вольно распоряжался жизнью ее питомца.

— Так почему Магван искал именно Гая? — Шип устроился возле костра удобнее и пристально посмотрел на Поэта. — Ведь для этого нужны основательные причины.

— Есть такая причина. Гай — наследник рода Вадигоров, которые когда-то имели неограниченную власть на Аламе; именно они подняли Серое Братство на те высоты морали и установили жесткие законы, по которым мы действуем и поныне. Гай не только Наследник, но и к тому же еще Претендент. Его жизненный путь — путь, указанный Короной Мира. Вот почему Магван путается у нас под ногами.

— Магван — Претендент? — хмыкнул Шип.

— Вероятно — нет. Но вот его сестра — королева Ваграма — как раз является Претендентом. Если бы Философ имел желание занять трон королевства, это было бы полбеды для партии противников, но в случае борьбы за Корону он любыми путями достанет Гая. За сестру Магван будет драться до последнего.

— Но почему он охотится именно за Гаем? Я слышал краем уха, что Претендентов очень много! — Шип заглянул в котелок.

— Это значит, что кроме него Магван ни о ком больше не знает, или не хочет замечать до поры до времени. В чем я сомневаюсь, — Поэт зевнул. — Недавно Егерь получил сообщение от Мастера, что какие-то подозрительные типы шарятся в землях Ансвера. Закончим с Магваном — направимся на ловлю этих парней. Егерь пока отслеживает их, не предпринимая никаких действий.