Книга Оазис, страница 76 – Валерий Гуминский

Я не первый раз ночую в таких гнетущих местах. Самое неприятное и страшное начинается через пару часов бессмысленного ожидания какой-то опасности. Чудятся всякие шорохи, вздохи — как будто кто-то пытается подобраться к тебе. Воздушные потоки, срывающиеся сверху в котловину, кажутся за сопение морфов, разгуливающих по своей законной территории. Изредка вскрикнет ночная птица, заставляя обмирать сердце до полной остановки. Хочется разрядить в нее весь барабан револьвера. И все же я привык к таким ночевкам. Сиди тихонько, не кури, не пей спиртное, даже отливать не торопись. Нюх у морфов отменный. Они сразу реагируют на необычные запахи.

А мы здесь начадили горящей тряпкой и куревом, — пришла опасная мысль. — И два трупа внизу в лужах крови.

Внизу с шорохом осыпалась куча щебня. Я едва не подлетел на месте, но сдерживая себя, с величайшей осторожностью подобрался к окну и перегнулся через подоконник.

Вдоль башни бродила непонятная аморфная тень, так старательно пыхтя носом, что я заподозрил у нее насморк. Она прыгнула в окно первого этажа и пропала. Холодный пот мгновенно покрыл мою спину и лоб. Скотина! Все-таки учуяла кровь! Теперь прямо под нами будет шарахаться всю ночь, напрягая своим сопением.

Судя по всему — тварь прямоходящая, с длинными руками, сильно сутулая. Если этот урод — человеческий мутант, превратившийся в бесполое злобное существо, нам придется очень несладко. Тварь коварна, жестока, злопамятна. Сохранив остаток человеческого разума, прекрасно понимает, кто для нее самый опасный враг.

В общем, дальний родственник на нижней эволюционной ступеньке. В гробу я видел таких родственничков. Может, разбудить парней? Есть опасения, что мутант учует наши следы и потопает следом. Его не остановят обрушенные пролеты. Прыгает тварь на три-четыре метра вверх без всякого напряжения.

Ночной гость обнаружил-таки трупы убитых ягуара и Фикуса. Я услышал его радостное урчание. Хорошо, что мутанты не живут стаями. Максимум, по трое-четверо контролируют свою территорию. Если сейчас подтянутся его дружки, есть шанс всех укокошить и уже спокойно с рассветом обшарить башню до самого верха.

Грохот упавшего Бурито вместе со столом разбудил, наверное, весь город.

— Урод! — прошипел я. — Говорили же тебе на пол лечь!

— А? Что? — подскочил даже Канадец. — Парни, вы где?

— Спокойно, брат, все здесь, — отвечаю как можно тише. — Этот твой Бурито сейчас всех мутантов в гости позвал. Внизу тварь пирует.

— Босс, я не хотел! — мексиканец с прытью зайца отскочил в дальний угол, уже ощущая на своем горле тяжелую руку Канадца. — Не надо! Случайно же вышло!

— Урод! — подтвердил мою раннюю оценку пахан. — Живо в коридор и слушать, куда мутант направится! Еще их не хватало для полного счастья! Господи, да что за день такой?

— Ничего, скоро утро, — успокоил я его. — Внизу есть жратва. Пока не обглодает до костяка — к нам не полезет.

Бурито, не испытывая судьбу, выскользнул в коридор и занял стратегическое место, с которого можно было, напрягая зрение, рассмотреть, кто попытается прорваться наверх. А Канадец, встав напротив меня возле дверного косяка, тихо сказал:

— Алекс, если ты в самом деле мутишь дела с монахом — возьмешь меня в долю?

— О какой доле говоришь, Канадец? — удивился я. — Орден хочет найти Оазис, и не придумал ничего лучшего, как послать одного монаха на гибель.