Книга Код 93. Районы, страница 25 – Оливье Норек

— Ладно, выходим, не будем портить место преступления. Ронан, звони криминалистам. Скоро шесть. Когда они сюда доберутся, солнце будет на закате, пускай возьмут прожекторы – один, чтобы освещать снаружи, и два для дома. Сэм, найдешь мне хозяев этой халупы и свяжешься с ними. Я звоню дежурному врачу и прокурору, чтобы получить согласие на вскрытие. Сэм, последний звонок был во сколько?

— Согласно списку входящих, в пятнадцать часов.

— И вызов каждые три часа, то есть, по идее…

Звонок, который раздался здесь в это мгновение, в 18:00, чем-то напоминал кубинскую музыку, в этой ситуации совершенно неуместную. Экран мобильника, застрявшего между двумя ребрами трупа, периодически вспыхивал, демонстрируя надпись «номер неизвестен». Вот уже третий день телефон в определенное время вибрировал; этот последний звонок оказался роковым для обугленных костей, которые его удерживали. Ребра раскололись, частично рассыпавшись в пыль; мобильник провалился внутрь грудной клетки, где исчез, продолжая наигрывать румбу, теперь чуть глуше. Все же Ронану удалось сыронизировать:

— Надо будет предупредить твоего судмедэксперта, что там внутри сюрприз, как в «киндере».

— Я подумаю. Пошли отсюда, не будем больше ничего трогать, сваливаем.

Но Сэм как будто его не услышал.

— Сэм, что ты делаешь? Не подходи.

Тот оставил приказ без внимания:

— Стул. Он не сгорел. Он из пластика, но не сгорел. Пол тоже. Блин, тут вообще ничего не сгорело, кроме него.

Издали видя прожекторы, бросающие резкий свет на дом 23 по Ивовому проспекту квартала Бельведер, прохожие, должно быть, думали, что здесь снимается кино. Работа службы криминалистического учета закончилась лишь около одиннадцати вечера. После осмотра места происшествия встал вопрос, каким образом извлечь тело из дома. Сотрудники похоронной службы пребывали в некотором недоумении. Первый попытался просунуть руки под мышки жертвы, другой осторожно взялся за лодыжки. Кости левого плеча разрушились, рука отвалилась и упала на пол. Один сотрудник едва не выблевал съеденный ужин. Руку осторожно положили на колени ее владельца, и служащие похоронного бюро смирились с тем, что придется вынести труп прямо на стуле. Чтобы снаружи полегче было запихивать его в патологоанатомический мешок.

Кост подошел к группе криминалистического учета и протянул им обнаруженное удостоверение личности:

— Мне еще надо, чтобы вот на этом вы обнаружили отпечатки пальцев. Скажите Недотроге, что к этому прикасались двое – сержант Самюэль Дорфрей и я, капитан Виктор Кост. Извините.

— Ничего страшного, возьмем ваши отпечатки и исключим. Тут все хорошо, мы уже закончили.

Заинтригованный, криминалист посмотрел на Коста:

— Это у вас три дня назад было дело воскресшего?

Прикрыв глаза, Кост кивнул.

— А теперь самовозгорание. Вам в уголовке попадаются удивительные преступления. И это в наше-то время.

— У нас еще случай укуса волка-оборотня; если вас интересует, я сохраню для вас шерсть.

— Вы серьезно?

Кост разозлился: он понимал, что примерно то же самое будет трубить и пресса в ближайшие дни.

— Вы дурак или что? Сделайте мне анализ углеводорода. Версия, что его облили бензином, сожгли в другом месте, а сюда притащили уже потом, куда вероятнее, чем ваша выдумка с самовозгоранием. Когда будут результаты?