Книга Соленый раф для влюбленных, страница 84 – Виктория Арана

Я удивленно посмотрела на него. Думала, Игорь игнорировал все связанное с Андреем. А танцевальная группа, по сути, состояла сплошь из его фанаток.

— И да, и нет. Мне все время кажется, что я слишком рано за это взялась. Чему я могу научить? Сама далеко не профессионал, нет никакого образования. А они все равно приходят.

Игорь закатил глаза.

— Вот тебе и главная причина, из-за которой ты тянула. Уже давно могла объявить набор и запустить простую рекламу. Но все время находила причины не делать этого. Придумала какую-то определенную сумму, чтобы получить отсрочку. А в итоге боялась, что тебе нечему учить?

Ответа не было, поэтому я нервно пожала плечами. Игорь попал в точку. Я поняла все только после первого занятия. Потому что выходило это не так уж и дорого даже при условии, что я никогда не буду брать оплату с девочек.

— Так и думал. Ты не видишь своей ценности. Никогда не видела.

— А чему я могла научить раньше? Сейчас хотя бы музыка специфическая, под нее действительно непросто двигаться. А до этого? Я же почти самоучка. Танцую как чувствую. И понятия не имею, как правильно учить. Мне всего девятнадцать. Это смешно звучит, что ни говори.

— Не попробовав – не научишься. Ты и кофе когда-то не умела варить, но решилась же стать бариста, правильно? Помню, как ты не могла ничего нарисовать на пенке, то же банальное сердечко. А теперь с тобой мало кто сравнится, особенно когда на тебя находит вдохновение.

Я рассмеялась. Вспомнила, как плакала над пролитым молоком, потому что не могла понять процесс. Все пытались меня научить. Начальник тогда приходил и заставлял повторять раз за разом, пока не начало получаться.

— Это было мило. Вы все старались мне помочь.

— А почему тебе кажется, что с танцами помощи не будет?

Вопрос застал врасплох. Я не ждала помощи, ведь у меня не было других знакомых танцоров.

— Потому что это и близко не похоже на латте-арт? – ответила я неуверенно.

— Зато любой из твоих знакомых может посмотреть на то, как ты даешь обратную связь своим девочкам и рассказать, как это выглядит со стороны. Необязательно знать, как правильно. Достаточно видеть, есть у вас коннект и взаимопонимание или нет.

Я задумалась. В его словах была доля истины. Оставалось только объяснить пришедшим на занятия, почему на них так внимательно смотрит кто-то посторонний.

— Не знаю. – Я снова вздохнула. – Все слишком сложно. Коннект, понимание, все это важно. Но вдруг я учу ерунде?

— Если бы ты учила ерунде, никто бы не пришел.

От услышанного замерла на месте и, не веря, уставилась на друга. Он остановился и встал рядом.

— Лучше скажи другое. Разве это главная причина твоих переживаний? Я наблюдал за тобой сегодня. Выглядишь неважно. Очень потерянной. Никогда тебя такой не видел.

Стоило ему это сказать, как у меня пересохло в горле. Он слишком хорошо меня знал. На другое нельзя было и рассчитывать.

Вчера я не писала ни о чем конкретном. Только что мне плохо и нужен друг, как никогда раньше. Игорь откликнулся на зов и сразу пришел, проигнорировав разлад между нами в последний месяц. И после этого ему хватило последить за мной каких-то пару часов, чтобы во всем разобраться.

— Андрей переехал в Москву, – призналась я.

— Знаю. – Игорь кивнул. – Видел в его группе. – Ты поедешь за ним? Тебе же никогда не нравилась столица.