Книга Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки!, страница 239 – Мира-Мария Куприянова

Генерал Аслан Сарвир

Аслан машинально прикоснулся кончиками пальцев к щеке и, снова, вынужден был сделать характерный жест, будто всего лишь потирал гладко выбритый подбородок, думая о чем-то безусловно важном.

Мельком брошенный на противоположную стену взгляд быстро мазнул по отражению, четко вырисовывающемся на золоченом стекле украшающего нишу зеркала. Оно безропотно отразило широкий размах его плеч, стянутых черным, королевским бархатом генеральского парадного мундира. Гордую осанку. И волевое лицо, тщательно сохраняющее на с тебе легкий налет безразличия и гордого превосходства.

В голубых глазах вспыхивали искры родовой магии. На сухих, четко очерченных губах намертво застыла великосветская полуулыбка. И даже некий флер тщательно скрываемого волнения и ожидания иной, внимательный зритель мог бы прочесть на этом лице.

Только даже намека на шрамы не было на его коже.

Однако, привычку трогать края оплавленной в иной жизни кожи искоренить было куда сложнее, чем полные обожания взгляды снующих вокруг него хищных аристократок. Да бесконечные приглашения от многоопытных мамаш нынешних дебютанток, разглядывающих Великого генерала с куда большим практическим интересом, нежели их романтичные дочери.

«М-да. А не так давно все было иначе. Ордена и награды не казались достаточно отполированными, чтобы своим блеском затмить уродство моего лица. А маячивший где-то в далеком будущем титул герцога не компенсировал моей хромоты,»- скорбно усмехнулся он и чуть не оступился, по привычке же попытавшись опереться на давно не существующую больше трость.

— Сарвир, ты нормально? – напряженно уточнил Его Высочество, обеспокоено вглядываясь в побледневшее лицо генерала, и машинально подхватывая его под локоть, – Воспользуйся гостевыми покоями, если тебе нехорошо. А я пришлю лекаря. Договорим позже. Ты же только вернулся, все-таки. Столько часов перелета… до сих пор не пойму, к чему было так спешить в столицу, что загнал себя почти до смерти.

— Спешил с докладом к Его Величеству, – скрипнул клыком Ледяной, бесясь от ощущения чужих пальцев на своей руке и стоически играя равнодушие.

— А успел на бал дебютанток, – хохотнул принц, качая головой, – Его Величество вряд ли найдет время до завтрашнего дня, чтобы принять тебя. Вот и стоили эти пляски таких усилий?

— Кто знает, – рассеяно проговорил генерал, помимо воли прикипая глазами к высоким входным дверям и тут же замирая, словно статуя.

Договорить он уже не смог. Внутри него что-то дернулось, встрепенулось и замерло напряженной струной. Лопнул в тонкую нить зрачок, вместо привычного периферического зрения сужая все перед его взором в узкий, длинный проход, окруженный тьмой. И там, в конце этого коридора стояла теперь лишь она. Хрупкая, стройная шатенка, заливисто смеющаяся над шуткой одной из подруг. И тут же смущенно прячущая искрящиеся весельем глаза за веер под грозным взглядом своей строгой компаньонки.

Ледяной застыл. Замер. Рвано выпустил воздух из легких и едва не оглох от утробного, голодного рычания, в миг заполнившего его изнутри. Его дракон проснулся.

Мир сразу уже знакомо схлопнулся и сократился до маленькой точки белоснежного сияния, мерцающего на другом конце зала. А затем рассыпался этим искристым светом, навсегда запечатлев на голубой сетчатке один единственный образ – ее. Даже отсюда, издали, благодаря драконьему зрению он видел до мельчайшей черточки идеальную гладкость ее кожи, черный шелк длинных ресниц, маленькие ямочки на смущенно рдеющих щеках. Даже отсюда слышал мягкие переливы ее голоса и хрустальную россыпь смеха. И даже находясь здесь, отделенный от нее толпой, ощущал яростное, бесконтрольное желание. Взять. Спрятать. Присвоить. Сжать в объятиях, наказывая за то, что не появлялась в его жизни столько лет. Дышать ей. Пить воздух, наполненный ее аурой. И тихо млеть от едва слышного запаха ее волос.