Книга Доклад без правил, страница 20 – Матильда Старр

Дальше уже не было ни мыслей, ни решений — только ощущения, идущие одно за другим быстрее, чем я успевала их осмыслить: тепло его рук сквозь тонкую ткань, чужое дыхание, смешавшееся с моим. Сколько это длилось, я не знаю.

Когда он отстранился — так же внезапно, как начал, — мир вернулся не сразу. Сначала звук: где-то за окном перекликались студенты. Потом свет — тусклый, вечерний, льющийся сквозь неплотно задёрнутые шторы. И только затем — ясность, обрушившаяся разом, будто ведро холодной воды.

Что я делаю?

Я пришла сюда совершенно не для этого. И я не собиралась…

Боги, что я наделала.

Я отшатнулась, не глядя ему в глаза, пробормотала что-то невнятное — то ли извинение, то ли вовсе бессмыслицу — и бросилась к двери. Пронеслась по коридору, слетела вниз по лестнице, и только оказавшись на улице, в прохладном вечернем воздухе, наконец остановилась, хватая ртом воздух.

И только когда вернулась в свою комнату, поняла — и мои практические наработки, и с таким трудом написанная теория — все это осталось у Элмерза. У меня вообще нет доклада.

Этой ночью я толком не спала — то и дело выныривала из полудрёмы, в которую лишь ненадолго погружалась. Стоило прикрыть глаза, как вспоминался то гневный взгляд Грея Элмерза, то все то, что случилось после. Я накрывалась одеялом с головой в попытке спрятаться от этих воспоминаний.

Не помогало.

К утру я твёрдо решила: инцидент исчерпан. Да, был порыв, глупость, минутное помешательство. Спишем на переутомление, недосып и коварные заморские конфеты. Всё, тема закрыта. И вообще у меня гораздо более насущная проблема: все мои наработки, добытые каторжным трудом бессонной ночи, сиротливо лежат где-то в комнате номер одиннадцать, а до сдачи доклада остаётся всё меньше времени. Заново выписать все из книг, систематизировать практическую часть… Вот чем мне нужно заниматься, а не в очередной раз прокручивать перед внутренним взором, как Грей Элмерз склоняется ко мне, как его губы накрывают мои и сердце обмирает от страха и восторга…

Стоп! Не вспоминать!

Вот таким образом и прошла эта ночь… Когда я открыла глаза, Синти уже упорхнула на завтрак. Я опаздывала, умывшись, всё сидела перед зеркалом, разглядывая своё отражение, будто ожидала увидеть там какие-то явные следы вчерашнего. Ничего подобного, разумеется, не было. Обычное лицо, разве что глаза немного припухли от недосыпа.

В столовой было людно и шумно, как обычно по утрам, пахло сдобой и корицей. Элмерз стоял у входа, будто специально меня поджидал, и в руках у него была не пустая тарелка, а увесистая папка синего цвета с золотым тиснением.

Я заметалась, как мышь под метлой, в попытке свернуть куда-нибудь, лишь бы только не столкнуться с ним. Но где там! Он не дал мне возможности избежать встречи — просто шагнул навстречу и протянул папку.

Столовая гудела привычным утренним шумом — звон приборов, смех, разговоры. Я протолкалась через толпу у входа, стараясь занимать как можно меньше места и ни с кем не встречаться взглядом — после вчерашнего мне хотелось быть максимально незаметной, желательно вплоть до полной невидимости.

Не получилось. Элмерз стоял у самого входа — видимо, специально там караулил, — и вид у него был на удивление невыспавшийся: тени под глазами, растрепанные волосы, будто он их не расчесывал, а просто взъерошил рукой перед выходом. В руках он держал не поднос с завтраком, а увесистую папку синего цвета с золотым тиснением.