Книга Пиратская копия, страница 35 – Матильда Старр

— Сегодня просто спим. Без глупостей.

Тот молча принял правила игры, позволил ей себя обнять и затих. Она прижалась к его горячему телу, устроилась поудобней. Почему-то в его объятиях ей стало спокойнее.

Уютно и просто. И надежно. И безопасно.

Тут ее никто не ранит, никто не разобьет ей сердце.

Она уже была готова уснуть, когда одеяло снова зашевелилось. Черт! Совсем забыла, в кровати же еще и блондин!

Тринни почему-то всё еще на него злилась. Злиться на вирта! Наверное, в мире есть занятия глупее, но она о таких не слышала. Самой смешно.

И все равно, когда Тринни заговорила с ним, в ее голосе был металл:

— Значит так. У нас сегодня в программе уютные обнимашки и здоровый сон. Если тебя это устраивает, так и быть, можешь присоединяться. А если нет, закапывайся обратно и не мешай!

Блондин улыбнулся, переместился поближе и осторожно улегся рядом. Засыпая, Тринни чувствовала, как его рука мягко перебирает ее волосы. Не так уж и плохо.

Она проснулась от ласки – тягучей и нежной. Тело отзывалось на нее, медленно пробуждаясь, наполняясь желанием. Искусные руки, требовательные губы, горячий язык… Упоение и нега…

Тринни приоткрыла глаза. И почему она не удивлена? Брюнет, как и было приказано, спит, прислонившись к ее плечу. А блондин вопреки запрету творит то, что явно выходит за рамки заявленных на сегодня «обнимашек». Может, это и есть дополнительные опции, о которых говорила Ая? Нужно будет спросить… Потом.

Останавливать вирта она не хотела. Чем еще лечить вчерашнюю рану, как унять острую боль, которая не хочет отступать? Только такой безусловной нежностью.

— Иди сюда… – тихо сказала Тринни, словно боясь разбудить того, второго.

Она что, стесняется? Вот это было бы по-настоящему смешно!

А он хорош собой. Васильковые глаза, улыбка – чересчур уж понимающая… Продвинутая версия? Слишком по-человечески. Даже жутковато.

— Поцелуй меня…

В этом поцелуе не было ничего запретного и противоестественного. Вирт, даже такой необычный, как блондин, не мог оттолкнуть ее или обидеть. Сердце не колотилось громко, рискуя вырваться из грудной клетки. Ей было хорошо… Привычно хорошо. Иного не стоило и желать.

— Возьми меня… Будь со мной…

Короткий стон, вирт прижал ее к себе – сильно, жадно, горячо. Его возбуждение казалось таким настоящим! Оно передалось ей – и грустные мысли наконец отступили.

Тринни очень тихо, чтобы не разбудить соседку, вытащила пакет из-под кровати, наскоро умылась и выскочила из дому.  Она рассчитывала еще до работы избавиться от маскарадного костюма. А вместе с ним – и от воспоминаний о вчерашнем вечере. К тому же делиться с Аей впечатлениями, точнее – врать о своем свидании, по-прежнему не хотелось.

А вот Лейну она задала бы парочку вопросов.

Выйдя из дома, Тринни стукнулась в скайп к приятелю без особой надежды, что он ответит. Наверняка дрыхнет в такую-то рань. Лейн не обманул ее ожидания: с минуту гудки уходили в пустоту. Ну что ж, всегда можно оставить сообщение.

«Найди меня, как только проснешься, есть разговор».

Наверное, бывают такие дни, которым лучше бы вообще не быть. Просто вот после двадцать пятого наступает двадцать седьмое, и все счастливы. Хотя вряд ли Тринни будет счастлива даже завтра. Что делать, если все поводы для счастья остались там, в двадцать пятом?