Книга Очень плохая гувернантка, страница 5 – Матильда Старр

Я заглянула внутрь и прижала руки  к груди. Прямо передо мной разверзся ад.

* * *

Меньше всего комната моей подопечной напоминала уголок милой папиной принцессы. Хотя мне самой мало было что известно о родительской заботе, но я предполагала, что в ее картину не вписывается разломанная надвое кроватка, разодранный балдахин, шкафчик с выломанной дверцей, вырванная с корнями из горшка диковинная пальма и – особенно – горящая самым настоящим огнем штора. Мистер Линдехолл выдохнул  какое-то неразборчивое слово, сделал пасс рукой, и пламя послушно затухло.

— Элис! – рыкнул он.

— Я здесь! – раздался звонкий голосок из-под потолка.

Мы одновременно задрали головы вверх. Там, под потолком, мирно парила в воздухе дверь от шкафа. На самом ее краю сидела белокурая девочка и весело болтала ногами.

— Немедленно спускайся! – распорядился отец, чеканя слова так, как обычно это делают люди, с трудом сдерживающие гнев.

— И бросить в беде Бернадетту? – спросила девочка и кивнула в сторону люстры.

На ней сидела кукла.  Вокруг же летала огромная пуховая подушка, из одного угла которой торчал подвядающий пальмовый лист.

— Элис… – прошипел несчастный родитель. – А ну немедленно верни все как было и объясни, что здесь происходит. А не то…

— Как скажешь, – пожала плечиками девчушка, не дожидаясь угроз.

Дверь плавно спустилась на пол, подушка с размаху плюхнулась рядом, а пальмовый лист непринужденно спикировал прямо на голову мистеру Линдехоллу. Резким движением руки он сорвал его и смял в руке так, что тот наверняка пожалел, что не засох еще до того, как вообще вырос.

— Несчастную Бернадетту похитил дракон, – принялась объяснять девочка. – Вот этот, жирный…

Она поддела носком ботинка застывшую у ее ног подушку.

— И это он поджег штору? – недобро сузил глаза отец.

— Конечно, – охотно кивнула дочь и еще раз пнула подушку. – Ужасное, жестокое и уродливое существо.

— И, конечно, оно же сломало кровать и шкаф?

Он говорил спокойно, но я уже могла расслышать в его голосе ледяные ноты – предвестники надвигающейся ярости. На месте девчонки я бы уже бежала куда глаза глядят. Но она и не думала  бежать.

— Вовсе нет, – качнула головой девочка. – Их сломала Бернадетта, когда давала ему отпор. Но разве можно бедняжку в этом винить?

— Нет. Ее – нельзя, – проговорил мистер Линдехолл строго. – А вот тебя следует!

Судя по желвакам на лице, он крепко сжал зубы.

Что же, его можно понять, особенно если такого рода драконьи побоища в доме – обычное дело.

Тут надо пояснить: понять – не значит посочувствовать. Я вообще-то не считаю нужным сочувствовать людям, которые всю жизнь провели за стенами дома, напоминающего замок. В котором комнат столько, что и заблудиться недолго, а уют и порядок поддерживают полсотни слуг.

А уж если в одном из уголков этого “замка” лежит вещица, которая стоит ровно мою жизнь, то простите, откуда взяться сочувствию!

Несмотря на все свои невзгоды, сэр Линехолл оставался аристократом, богатым и могущественным магом, так что  участь его была вполне завидной. А маленький пожар в одной-единственной комнате я бы отнесла к происшествиям путь и досадным, но вполне пустяшным…

И все же я оглянулась по сторонам, взяла с чудом уцелевшего стола кувшин с водой и вылила все его содержимое на тлеющую штору. Огонь, который до этого не оставлял надежды разгореться с новой силой, яростно зашипел и развеялся по комнате вонючим черным дымом.