Книга Будь моим тираном, страница 42 – Матильда Старр

— Нет, – с честным лицом ответил он.

Я даже задохнулась от возмущения. Он будет отрицать очевидное?

— Я действительно много выпил тогда. Очень… И, ну знаете… Не был уверен. То ли и правда было, то ли померещилось, а может, и приснилось. А вот тут вспомнил…

И сразу же прилетел для серьезного разговора? Боится, что инвесторше нажалуюсь? Ну и напрасно, делать мне больше нечего!

— Можете забыть опять. Шантажировать я вас не собираюсь. Выкладывать у себя на странице в соцсети ваше фото с подписью «Когда-нибудь ты поймешь, что потерял, но будет поздно» – тоже. И вообще, если вы думаете, что меня это очень уж впечатлило!.. – я замолчала, потому что врать не хотелось. Впечатлило и еще как! – В общем, забудьте.

— А если я не хочу забывать? – неожиданно глухо сказал он.

Я замолчала. К такому повороту я была не готова. Пока я судорожно искала, что ответить, его рука уже накрыла мою – тепло, мягко и уверенно. Меня словно прошибло током, а дышать стало так трудно, что, кажется, я решила и вовсе бросить это дело – замерла, боясь вдохнуть.

— Если наоборот, я хочу вспомнить…

Он чуть сжал мои пальцы, вызвав новый приступ слабости и прилив жара по всему телу. Я скосила глаза – увидеть, убедиться, что мне не чудится, он действительно держит меня за руку!

И увидела.

Лакированный тюбик помады между сидений. Видимо, по небрежности оставленный владелицей. Эта маленькая деталь подействовала как ведро холодной воды, разом вылитое на голову. Жар сразу прошел и дыхание восстановилось.

— А как же ваша инвесторша? – я задала вопрос, который следовало задать с самого начала.

Он пожал плечами:

— При чем тут… Это же совершенно разные вещи.

Да они идеальная пара! Она считает, что это разные вещи, и он не отстает.

Я вытащила ладошку из его руки. Теперь это пожатие было мне неприятно.

— Извините, боюсь, вы меня превратно поняли. Мне очень неловко, что так вышло, но… Сама не знаю, что на меня нашло тогда. Но теперь… Просто…

Я опять начала мямлить что-то невразумительное. Вот нет во мне этой твердости. Послала бы туда, куда посылают в таких случаях, – и все на этом.

— Дело в этом вашем… хлыще? – с неприязнью спросил он, сам того не зная, подсказав мне ответ.

— В нем! – с готовностью согласилась я. А потом добавила: – И никакой он не хлыщ. Он талантливый. И хороший! И очень порядочный.

Слышал бы Валера, как я его хвалю! Обязательно выписал бы мне премию!

Вот так!

Алексей Александрович уехал на своей престижной машине от нашего офиса и из моей жизни. Стало ли мне от этого легче? Вот уж не знаю.

С одной стороны, теперь я в курсе, что купидон не только к расфигачил к чертям собачим моё сердце, но и сердце босса задел по касательной. Ну или не сердце… что там у без пяти минут женатых мужчин отвечает за левые интрижки?

С другой стороны… теперь, когда я это знаю, стало сложнее. Время от времени проскальзывает отвратительная предательская мыслишка: взять да и позвонить. Ну как будто случайно. Будто ошиблась номером. Да-да, штучки из арсенала восьмиклассниц. Хотя не удивлюсь, что сейчас и восьмиклассницы этим приемом не пользуются, предоставив делать глупости неопытным пятиклашкам.

И опять же, с одной стороны, мне легче жить, потому что теперь я не страдаю от неразделенной любви, а очень даже наоборот. Ответила отказом не слишком достойному кандидату.