Книга Ты – моя собственность, страница 51 – Матильда Старр

— Я думаю, мы кое-что попробуем…

Я ощутила какое-то движение слева от меня, словно рядом кто-то перекатывался на волнах, но не стала выяснять, что это. Теперь я чувствую, что уже не одна в кровати. Горячее тело – близко-близко. Этот мужчина… Наверное, он что-то значил для меня. Когда-то. Мне было хорошо рядом с ним, хоть я и знала, что он принес мне много боли. Но боль – в прошлом. А мне теперь не хочется думать о прошлом. Хочется лежать неподвижно и бездумно, кутаясь в ласковое тепло.

Прикосновения – мягкие, но уверенные. Жаркие губы касаются моих щек.

Он выдыхает в ухо:

— Вернись ко мне, пожалуйста… Ты мне нужна.

А потом прикусывает мочку, заставляя меня вздохнуть – рвано, неспокойно. По телу разливается тепло, но не такое – ровное и умиротворенное, как раньше, иное. Словно по жилам вместо крови течет огонь – жаркий, тягучий, сладкий.

Риаса широко открытыми глазами смотрела в полумрак комнаты. Бледная, тихая, совсем непохожая на себя. Разве что волосы по-прежнему огненные…

Король наклонился и осторожно провел по рыжим прядям, пропуская их сквозь пальцы.

— Что же мне с тобой делать? Как тебя оттуда вытащить?

Ее чувства были тусклыми, размытыми, словно придавленные мутной глыбой ледяного спокойствия. Бледная нелепая копия с прежней картины… Тогда, в первую встречу с рыжей колючкой, король едва устоял на ногах от того буйства эмоций, которые искрили в воздухе. Яркие, сочные, чистые, сильные. Гнев, страх, отчаяние, любопытство, упрямство, стыд… Их было много, и все потрясающе искренние. Искренность. Вот от чего он реально сошел с ума, и вместо того, чтоб вернуть девчонку Лаорру, оставил ее себе.

Искренность… словно глоток свежего воздуха среди ядовитых миазмов дворцового притворства и лицемерия. Он вырос в этом и так привык, что даже не замечал.

Высокородных темных девиц король обходил стороной. Он, конечно, нужен был им. Но только вместе с титулом и всеми привилегиями, которыми обладала королевская власть. Родись он простым темным, большинство из влюбленных страдалиц даже бы не взглянули в его сторону.

Риаса!

Ей одной от него не нужно было ровным счетом ничего. Ни денег, ни власти, ни его самого. О чем она и заявила со всей своей искренностью. Но как он мог отпустить такое сокровище? Он и не отпустил, а зря. Ему нравилось ее дразнить, вызывая то смех, то ревность, то довольную детскую улыбку. Нравилось ласкать нежное тело, взахлеб поглощая восхитительный коктейль пряных и острых эмоций: гнев, возбуждение, растерянность, стыд, которые растворялись постепенно в сладком, безумно вкусном оргазме. Его заводила сама мысль о том, что несмотря на весь мусор в голове, заставляющий Риасу держать себя в узде, она хочет его, сгорает от желания.

Нравилось…

Он пил ее чувства, забыв об осторожности, и вместе с ними рыжая девчонка незаметно просочилась в его кровь. И как теперь выдрать ее оттуда, король не представлял.

Глупец! Играл с огнем, со дня на день откладывая расставание, и доигрался. Она настолько хотела сбежать от него, что едва не умерла.

Он с непонятной для себя робостью, словно юнец на первом свидании, провел кончиками пальцев по нежной девичьей щеке, уловив едва заметный аромат удовольствия. Что?! Неужели…

Пальцы скользнули к подбородку, спустились по шее… Еще одно облачко удовольствия взметнулось в воздух. Риаса закрыла глаза и вздохнула. Не показалось!