Онлайн книга «Мой любимый зверь»
|
Она со стоном лизнула ямочку между ключицами. Еще, и еще… Руки Стаса гуляли по ее телу, Инга постанывала и изгибалась в его объятиях, пьянея от жарких прикосновений. Желание кипело в крови неукротимым огнем, разносилось сладкой отравой по венам, плавило кости. Умелые горячие пальцы поглаживали, тискали грудь, сжимали напряженные до боли соски. И каждое его прикосновение отзывалось во всем теле сладостной вспышкой наслаждения. Сильные руки подняли ее, качая словно на волнах… Кажется, это уже другая комната. Или другая – параллельная – вселенная. Инге все равно. Она там, где должна быть. Там, где не сможет остаться. Но думать об этом нет времени. Спины коснулась прохлада простыни. Мгновение – и на нее обрушился горячий тайфун из рук и губ. Цепочка поцелуев от уха вниз, по шее, вдоль ключицы и вниз, по груди к животу. Сначала дразнящие, потом жадные, жаркие, больше похожие на укусы. Мужские руки мяли, пощипывали, гладили тело, тискали набухшую грудь. Мало… Все равно мало, слишком мало…Голодная тоска внутри разрасталась, сплеталась с колючим жаром, поднималась вверх сладкой пульсацией, вспыхивала и гасла жгучими искрами под кожей. Большая ладонь накрыла на низ живота, Инга изогнулась, заскулила он невыносимого желания почувствовать ее там, где все горело, изнывало в ожидании. Ладонь скользнула между ног, пальцы задвигались, грубо тиская нежную плоть. От острого, почти болезненного удовольствия, она вскрикнула в голос, шире раздвигая бедра, подставляясь под умопомрачительно сладкую пытку. И поплыла в горячем дурмане, неистово желая еще, еще чего-то большего, что мог дать ей только этот мужчина, и больше никто. — Пожалуйста… пожалуйста… – то ли прошептала пересохшими губами, то ли подумала. И в ответ – до боли желанная тяжесть мужского крепкого тела, придавившего ее к кровати. Такая правильная тяжесть, родная, необходимая… Он ворвался в нее сразу, вошел целиком, на всю длину, растягивая и наполняя собой, вытесняя голодную тоску. Огненная волна прокатилась по телу, выжигая все чувства, кроме яркого, нестерпимого наслаждения. Когда так хорошо, что хочется плакать. Движение чужой плоти внутри ее тела, жар его хриплого дыхания на шее, тяжелый стук его сердца, запах его разгоряченной, покрывшейся испариной кожи. Ощущения, обострившиеся в несколько раз, настолько яркие, полные, сильные, что еще немного, и она просто потеряет сознание. Казалось, граница между ними исчезла, они действительно стали одним целым, и чувства были одним целым. Инга отдавалась и входила во влажную жаркую глубину, стонала, и ловила губами стоны, лежала снизу и находилась сверху… Это было невероятно. И восхитительно. Волшебно. Никогда раньше не было ничего подобного. Перед глазами плясали звезды, тело горело и плавилось, внутри струной натягивался колючий жар. Еще несколько яростных толчков, и струна лопнула. Инга закричала и изогнулась от ослепительного, невыносимо сладкого оргазма. И обмякла, услышав ответный хриплый стон. Некоторое время они так и лежали, ловя отзвуки невероятного наслаждения. Потом Стас перекатился на спину, не выпуская ее из объятий. Он все еще был в ней. — Плакса, – хрипло шепнул он. Надо же, она действительно плакала? Инга поерзала, устраиваясь поудобнее, и удивленно округлила глаза. Кажется, кое-кто вполне готов продолжить. Судя по тому, что сейчас творится у нее там, внутри. |