Книга Куплю невесту. Дорого, страница 46 – Матильда Старр

Он вздрогнул, как от удара, а больно стало мне.

Очень.

И даже от понимания того, что я все сделала правильно, легче не становилось.

— И что ты будешь делать? – спросил он.

— Ну, раз одна столица не покорилась – буду покорять какую-нибудь другую. У нас этих столиц знаешь сколько…

— Сколько? – машинально переспросил он, думая о чем-то другом

— Целых две. – Я заставила себя улыбнуться. Подошла ближе, потрепала его по макушке небрежным чужим жестом и сказала: – Пашке привет. Пусть отдаст мои вещи дяде Мите, он привезет. Ах да, – я достала из сумочки ключи от машины и бросила в кресло, – не пригодятся.

Я вышла из офиса и спустилась в метро. Слезы текли по щекам горячими ручьями.

После суматохи большого города оказаться снова в маленьком было непривычно. Я не могла понять, что чувствую.

Было много всего разного – радость от встречи с родителями. Какое это все-таки тёплое чувство – увидеть, что дома ничего не изменилось. Хотя как оно могло измениться – меня и не было-то всего ничего. И боль. И тоска. И полное непонимание: что же дальше?

«Отпуск. Кратковременный. Меня переводят в другое отделение, но тоже в почти столичный город. Культурная столица ничем не хуже обычной. Хоть и холоднее. Ну а что поделать! Все сотрудники – люди семейные. Кто на переезд согласится! А вот она я – свободная как птичка».

Эту версию я выдавала всем, кто спрашивал с искренним участием или с ехидцей – что это я так быстро вернулась. «Вот заодно подучусь, вспомню, что забыла, – требования высокие», – с улыбкой пояснила я знакомым. Признаться, что вернулась из столицы с поражением, я так и не смогла. Даже родителям. Небольшой отпуск – это действительно то, что мне нужно. Собраться с силами и попробовать выдержать новый раунд в новом городе.

Да только отпуск этот затягивался – прошел уже месяц, давно начался второй, а сил как-то не набиралось.

Хорошо, когда твоя подруга детства юрист. Ставишь закорючку на доверенности – и всё, заниматься разводом не нужно. Все эти формальности, тесно связанные с неприятными воспоминаниями, уже улаживаются без твоего участия.

Телефонный звонок разрезал тишину, в которой я привыкла находиться в последнее время. Я вздрогнула, как вздрагиваю теперь от каждого звонка, все время ожидая, что на дисплее высветится номер Олега.

За то время, что я пробыла дома, он позвонил мне несколько раз. И даже по его голосу я чувствовала, как долго он собирался с силами, продумывал, что сказать, как на каждый такой звонок мне хотелось вместо: «У меня все нормально, скоро собеседование, готовлюсь. Ладно, пока, скоро придет мой молодой человек», – сказать правду. Что ни к чему я не готовлюсь, лежу, свернувшись калачиком под теплым пледом, и невидящими глазами смотрю в экран телевизора. Что больше всего на свете хочу оказаться с ним рядом хоть на минуточку. Коснуться, вдохнуть запах, запутаться пальцами в волосах… Но всего этого говорить нельзя.

Если сейчас признаться, Олег (в этом я не сомневалась) тут же начнет решать эту проблему. Расскажет отцу, что не такая я уже и плохая, что виноваты они, и сделает только хуже…

Поэтому я всякий раз просила мне не звонить. И он не звонил два-три дня, или пять, или шесть, или неделю. А потом снова набирал:

— Ты не подумай, я ничего такого, просто убедиться, что у тебя все в порядке. Может, что-то нужно?