Книга Железная корона, страница 63 – Матильда Старр

— Знакомый аромат, — сказал он холодно. — Как он к тебе попал? Ты выкрала его у магистра Калмин?

— Нет! — воскликнула я. — Она сама мне его дала. Но это не для вас, а для… Для других людей. Я ведь понятия не имею, кто и что задумал.

— А тебя не смутило, что с этими духами ты и сама уязвима? И можешь выболтать все свои секреты?

— У меня не так уж и много секретов… — успела ответить я, прежде чем с языка сорвалось: «Да и я понятия не имела!» — мне пора идти… Сир Магфрид может не дождаться.

— Будь с ним осторожнее. Он, вроде бы, неплохой человек, но тот еще хитрый лис. Впрочем, в его профессии иначе нельзя.

— Не волнуйтесь, у меня ведь есть этот браслет, — для пущей убедительности я покрутила рукой. — Если я окажусь в опасности, я обязательно им воспользуюсь.

Магистр Линард только устало вздохнул.

— Я вот еще что хотела спросить… — начала я, но он меня прервал:

— Только посмей!

Он буквально пригвоздил меня к стене тяжелый взглядом, в котором явственно читалась угроза. И хотя я хотела всего лишь узнать, как долго он здесь пробудет, озвучить свой вопрос не решилась.

— Доброй ночи.

Полог тишины осыпался искрами, и магистр Линард удалился по коридору. А я еще долго стояла на месте, вслушиваясь в то, как затихают вдали его шаги, а в висках стучало: «Хотел бы я, чтобы это было так»…

Сирра Магфрида я застала все там же, за столом в кабинете. Он так же, как и утром, сидел, закопавшись в бумаги, и что-то писал.

А ведь похоже, что жизнь летописца со стороны выглядит скучно и однообразно. Просто сидит человек, склонившись над листом бумаги, и что-то там царапает. И какие бы страсти ни выходили из-под его пера, какие бы интриги там ни плелись и какие бы баталии ни разворачивались, его собственная жизнь именно такова: ссутуленные плечи и лист бумаги, который вновь и вновь нужно заполнять буквами.

Только вот среди бумаг стоял еще кубок с вином.

— Аллиона? — он привстал из-за стола. — Уже так поздно. Я думал, вы не придете.

Магфрид виновато улыбнулся. У меня не оставалось сомнений: если бы аромат духов успел достигнуть того угла, где стоит стол, Магфрид, сказал бы: «Я надеялся, что вы не придете».

— Садитесь, — он указал мне на кресло перед столом. — Не сомневаюсь, у вас много вопросов. А время позднее.

Вопросов действительно было много. Что он знает о гибели моих родителей? Это ведь человек, которому довелось общаться с ними при жизни. Мне хотелось расспросить, какими они были, что это были за люди. Был ли мой отец безумно влюблен в маму или их брак, как принято в благородных семействах, строился преимущественно она расчете? Дай мне волю, я бы бесконечно расспрашивала его в надежде, что он вспомнит какие-то мелочи. Да только пришла я сюда не за этим.

— Вы знаете, где сейчас железная корона? — спросила я.

Сир Магфрид удивленно вскинул брови.

— Никто не знает, где железная корона. Боюсь, она утеряна окончательно и бесповоротно.

Такого ответа я не ожидала, и он мне совсем не нравился. А больше всего мне не нравилось в нем то, что это была чистая правда, сказанная со всей возможной искренностью.

— Но как же так? Вы же сами писали, ну то есть намекали, что эта смерть была неспроста. Что она как-то связана с гибелью моих родителей. Я читала ваши статьи тогда…