Книга Тёмная метка, страница 106 – Матильда Старр

— Но Салерия… она ведь не стала привлекательнее, ни капельки… – задумчиво проговорила я. – Такая же неприятная и грубая.

— А разве должна была? – ректор удивленно изогнул бровь.

— Ну как же?.. А зачем она тогда… – я заговорила торопливо: – Ведь не у всех жертв была сильная магия… сирра Аглисса например… да и остальные… Я думала, что она хочет забрать привлекательность, ведь все они очень… ну очень… – я запнулась. Объявлять себя красавицей было неловко. Тем более, что кажется, дело было все-таки не в красоте. – Ведь темная метка забирает не только магию, но и другие… особенности, – закончила я уже совсем упавшим голосом.

— Не думаю, что привлекательность входит в их число, – ректор словно и не заметил моего смущения. Или сделал вид, что не заметил, чтобы не смущать еще больше. – У каждой из вас есть особый дар, это-то и интересовало сирру Нарстон.

— И… какой же? У меня никаких особых даров нет…

— Прорицательство. Способность предвидеть будущее. Не слишком ярко выраженный, но он есть. И в определенных случаях может быть полезен, хоть и проявляется спонтанно.

— А у остальных?

— Люди вокруг сирры Аглиссы с радостью исполняют все ее желания, даже невысказанные. Для кого-то вроде Салерии Нарстон – это важное приобретение. Ингаретта Фичиелл – одна из лучших студенток Школы, хотя ее магические способности весьма посредственны. У нее родовая способность – выжимать максимум из того, что имеется в распоряжении. Для умелого мага, которым сирра Нарстон, безусловно, является, это бесценное качество.

Я слушала завороженно. Надо же, какие необычные бывают способности у магов…

— Полагаю, ее интересовали именно способности сирры Фичиелл. А потом она просто не смогла остановиться… Продолжала собирать свою… коллекцию. Ведь каждое новое проклятье давалось ей легче предыдущего. Она набиралась сил.

Ну да. Чтобы поставить метку на меня, ей даже не понадобилось врываться среди ночи и просить конспект.

— И зачем ей все было нужно? – проговорила я задумчиво.

— Мы вряд ли это узнаем. Расследователи, конечно, вытащат из нее все, но с темными точно не поделятся. Могу лишь предположить, что ею двигало отчаянное желание вернуть былое величие своему роду. Она писала об этом в заявке на специализацию на третьем курсе.

Я подняла удивленный взгляд на ректора. Он помнит все, что писали студенты два года назад?

— Обычно студенты пишут длинные эссе о том, почему их привлекает некромантия или проклятия. А она написала коротко: хочу быть сильным магом, чтобы род Норстонов снова стал уважаемым. И мне все равно в какой области. Поэтому и запомнилось.

— Не проще ли было для наложить метки на самых сильных магов? – продолжала сыпать вопросами я. И сама понимала: это уже не для того, чтобы прояснить детали этой запутанной истории. Просто мне очень хотелось чуть дольше пробыть в обществе магистра Линарда. – Она ведь могла наложить метку… на вас.

Ректор усмехнулся.

— Силенок бы не хватило, – а потом, посерьезнев, добавил: – Поначалу она не трогала сильных магов. Не рисковала. А потом… Потом набралась сил и поставила метку на тебя.

Он нахмурился, резко поднялся и объявил:

— У меня еще полно дел. А тебе нужно пойти к лекарям.

— А магистр Калмин? Какой у нее особый дар? – вспомнила я.

Ректор остановился у двери и обернулся.