Книга Негодная певица и некромант за клавесином, страница 90 – Мстислава Черная

— Не наклоняйся, Карин. Заставь лист взлететь.

— Да…

Наконец, у меня получается —  лист ложится в руку.

Один за другим я собираю оставшиеся листы.

— Молодец. Устала?

Я прислушиваюсь к своим ощущениям.

— Пока нет.

— Тогда попробуй переместить книгу, —  Дан вынимает из-под полы пиджака довольно увесистый на вид томик.

— Ты его… не положишь?

— Не-а. Не бойся, даже если ты направишь магию на меня, ты мне не навредишь.

Надеюсь.

Я пробую, и с книгой у меня не получается, слишком тяжёлая. Но я приноравливаюсь, и по дуге переношу книгу к себе.

— Получилось!

— У тебя талант, Карин. Не только к некромантии, а вообще к магии. На сегодня хватит, а следующий раз тренируйся со стаканом воды. Перенести, не разлив воду и не разбив, та ещё задачка, но контроль отработаешь до идеала.

Дан протягивает руку, и книга по воздуху возвращается к нему.

Я не успеваю заметить, какой именно плитки касается Дан. Он нажимает, и дверь открывается.

За порогом ждёт Марк.

— Господин, —  кланяется он Дану, как не кланяется мне. Нет, мне не нужны поклоны, меня цепляет разница в отношении —  уважительное к Дану и снисходительно-пренебрежительное ко мне.

— Марк, всё хорошо? У тебя, у Кэрри?

Для меня загадка, почему Дан относится к детям как к… детям. В смысле, я наняла Марка своим помощником, а Дан относится к нему как к моему воспитаннику, а не как к слуге.

— Да, господин. Госпожа, пришло ответное письмо.

— Скорее, —  я поспешно вскрываю, не заботясь о ноже для бумаги, буквально разрываю конверт.

И внутри нахожу то, что ожидаю —  Селестра Панвиль согласилась с размером моего гонорара.

— Дан, раз ты вечером свободен, едем выполнять мой заказ.

— Хм… И куда мы едем?

— На кладбище! —  я сверяюсь с письмом, называю адрес и точную аллею. —  Восьмой и девятый склепы.

— Панвиль?! —  Дан вдруг стискивает кулаки. —  Они отказались от моих услуг, чтобы заказать у тебя?!

Глава 46

Неприятное чувство.

Вроде бы просто проплаченная статья, сплошные слухи, туман таинственности и никакой конкретики. Я же перечитывала — ни слова лжи, только домыслы и рассуждения, а факты сводятся к одному —  в город прибыл некто, связанный с некромантией. Но журналист оказался мастером слова, и сумел написать так, что впечатление у читающего складывается вполне конкретное. Я неправа? Или Селестра Панвиль поступает странно? Если ей важно, чтобы заказ выполнял самый именитый некромант, то не логичнее ли сперва поинтересоваться, кто именно будет работать?

Как сложно.

На самом деле мне не хочется думать ни о статье в газете, ни о госпоже Панвиль, ни о правильности своих решений. Меня беспокоит только одно —  как ко мне отнесётся Дан.

Я не вижу смысла скрывать и… разом выбалтываю ему всю правду, что я хотела денег, что статья заказная, проплаченная, и что мне пришёл заказ.

Чем больше говорю, тем бледнее Дан и тем ярче горят его глаза. Финал короткой истории я выдаю скороговоркой, предчувствую взрыв и тороплюсь успеть.

— Как-то так, —  мямлю я и пожимаю плечами.

Вот хоть убейте, вины за собой я не чувствую. Точнее… Я чувствую свою ответственность за то, что статья может спровоцировать панику в городе. Но вот за выбор Селестры Панвиль я отвечать отказываюсь.

— Феерически, —  выдыхает Дан.

— Но…

Он отворачивается.

У него даже ругательств не остаётся.