Книга Хозяйка графских развалин, страница 50 – Мстислава Черная

Мы опоздали или ещё успеваем?

Точно ли надо всю “капусту” раздавать сёстрам и тётушке Хлое? Не выгоднее ли иномирное лакомство… подать кому-то столичному, влиятельному и полезному?

Нас приводят ко второму зеркалу. Переход уже открыт, нам с Гаретом остаётся сделать лишь шаг. Проблема в том, что от пут его так и не освобождают. На мою осторожную попытку намекнуть, что иллюминацию пора бы убрать, страж реагирует… как дуболом. Повернувшись ко мне клювом, он широким жестом указывает в проход:

— Поторопитесь, леди.

— Да.

А Гарет? Я быстрым движением приобнимаю мужа за плечо и выталкиваю в переход вперёд себя, шагаю следом.

Чуть “капусту” не выронила.

Демоны за нами не идут, переход закрывается, и я с облегчением опускаю тарелку на стол. Краем глаза я отмечаю, что магические путыначинают бледнеть. Значит, есть шанс, что через некоторое время они исчезнуть сами собой. И это хорошо. Плохо, что плащ, чулки и башмаки остались в комнатёнке, где нам устроили зал ожидания.

У нас… проблемы.

Точнее, у меня. Вряд ли Гарет найдёт ещё один меховой плащ. Я почему-то не сомневаюсь, что муж уступит мне камзол, но… Во-первых, сукно не мех. Во-вторых, я совершенно не хочу, чтобы Гарет замёрз и свалился с воспалением лёгких.

Ладно, временно замотаюсь в одеяло… По плану у нас посещение столицы. Хм, я помню только как шла спускалась за рыжухой. За окном… по-моему, я видела зелень, но я не уверена. Да и зелень — спорный показатель. Из зимы севера мы попадём в жаркое лето или в прохладную весну?

— У вас есть часы, Гарет.

— Чем вас не устраивают ваши, леди?

Судя по обращению, граф мной не дволен.

Я нахожу взглядом часы на полке.

— Их можно попробовать продать, — замечаю я. Раз в комнате мебель осталась чуть ли не с тех времён, когда отношения со старшей ветвью рода ещё не были утеряны, всё вокруг потенциально очень дорогой антиквариат.

Удивляет, что часы за столько веков не поломались и исправно продолжают показывать время.

Может, их принесли в кабинет гораздо позже.

— Прекрасно, леди.

— Сколько времени, Гарет? Я не помню, как читать время.

Вместо понятных цифр и стрелок на циферблате медленно вращаются четыре треугольника. Собственно, я поняла, что предмет следует причислять к часам только потому что Гарет на них смотрел.

Муж мигом гасит кипящую в нём злость, взгляд становится сочувствующим.

— До полудня меньше получаса, Даниэлла.

Вот, обращение сменилось.

— Опаздываем!

— Вы не можете идти в таком виде, Даниэлла.

— Я догадываюсь, что у аристократов одно платье два дня подряд не носят, но менять некогда и не на что, — пожимаю я плечами.

— При чём здесь платье?! Вы забыли, где переход? Вы собрались повторить прогулку в этом по льду?

— Хм… Лучше скажите, вы берёте сестёр с собой? Я не думаю, что им навредят, но решать вам и только вам.

Гарет отворачивается. Вопрос о безопасности девушек важнее вопроса о том, в чём мне идти. Оставив Гарета размышлять, я скрываюсь в спальне. Меня больше всего волнует, что на каменном полу в тряпичных туфельках мёрзнут стопы. Тёплых чулок жалко…

Я сдёргиваю с кровати покрывало, закутываюсь.

— Даниэлла, пойдёмте, пожалуйста, со мной, — окликает меня граф.

Ладно…

В своём кабинете Гарет кивком показывает на довольно странную шкатулку-ребус. На крышке с пару десятков столбиков, испещрённых непонятными символами, и на каждом столбике закреплено красное окошко. В памяти всплывает календарь с пластиковым окошком, которое ежедневно нужно сдвигать вправо, чтобы выделить правильную дату.