Книга Хозяйка графских развалин, страница 75 – Мстислава Черная

— Так что там с инициацией? — напоминаю я первый вопрос.

— Дани… Спонтанное пробуждение магии очень опасно, и не только для самого одарённого, но и для окружающих. Если бы вы не справились, вероятно…

Я вспоминаю обрывки фраз:

— В трюме бы начался настоящий пожар?

— К сожалению, гораздо хуже. Я уверен, что пламя охватило бы весь корабль. Формально закон не нарушен, так как “Зелёная черепаха” принадлежит господину Пегкеру, но в то же время закон можно трактовать против вас упирая на то, что вы находились на территории порта, и инициация несла угрозу для окружающих.

— Обычно…?

— Обычно маги проходят инициацию дома в специальных учебных залах, предназначенных для начинающих магов, или, если дома подходящих условий нет, в храме или, как недавно стало модно, в Столичной Белой палате. Устраивают праздничную церемонию…

Дошло!

— И чем отличается спонтанная инициация от… запланированной? Кстати, а как именно планируют? В плане… можно вызвать пробуждение дара неким способом?

— Дар не пробуждается раньше пятнадцати-шестнадцати лет, кроме исключительных случаев, поэтому с тринадцати лет будущие маги учатся самоконтролю, учатся ощущать магию, направлять её течение. Во время праздничной церемонии маг садится на возвышение и через спокойствие и разум пробуждает магию.

— Какая разница?

— Трудно сказать. Пробудить магию на церемонии под десятками, а то и сотнями взглядов зрителей считается престижным. Суметь совладать с собой в не самой простой обстановке… В книгах, одобренных Императорской Академией наук, также пишут, что наилучших результатов достигают маги, с самого юного возраста оттачивающие самоконтроль. А вот в книгах нерекомендованных я встречал противоположную точку зрения. Якобы дар, пробудившийся на эмоциях, будет сиять ярче.

— Из-за этого император мог заинтересоваться?

— Не совсем. Ваша инициация, леди, может стать поводом для приглашения во дворец, но теперь, когда мы вернулись, приглашение только вас, без меня, будет выглядеть слишком мелочно.

Как сложно.

— Гарет… Вам в столицу нельзя. А мне одной? Или кому-то из сестёр? Тётушке Хлое? — магия подождёт, у нас проблемы с продовольствием. — На одних кореньях мы долго не протянем, да и волшебный отвар заканчивается.

— Ваше приданое ещё в пути, Даниэлла.

— Приданое в пути, а ларчик, который господин Пегкер очень не хотел упускать, вот он. Вскрываем?

Память подкидывает даже не образ, а ощущение, как я маленькая предвкушала подарок, который почему-то должен был появиться непременно под срубленной увешанной гирляндами ёлкой.

Я смотрю с воодушевлением, а Гарет почему-то отстраняется. Он вынимает из внутреннего кармана шкатулку с гарнитуром и ставит передо мной на стол, а сам поднимается, но тотчас замирает с некоторой растерянностью. Причину угадать не сложно — ларчику не место на кухне, но унести тяжёлый предмет я не смогу.

Гарет возвращается за стол и хмуро предупреждает:

— Что бы ни было внутри, оно только ваше, Даниэлла.

— Хм? И как вы себе это представляете?

Начинаю думать, что Гарету катастрофически не хватает жизненного опыта. Допустим, в ларце не драгоценности, а самые настоящие деньги, те самые монеты, которыми можно расплатиться в любом магазине, на любом базаре. И что? Я куплю себе десяток яиц, зажарю, но не поделюсь?