Книга Хозяйка княжеского дома, страница 76 – Мстислава Черная

Даниэль склоняет голову к плечу:

— Ты что-то знаешь, Бьянка?

— Нет. Просто подумала, что их может быть двое или даже трое, – как-то же наместник обходит клятву. Возможно, чёрную работу делает кто-то другой?

— Едва ли. У меня нет причин считать, что их несколько, ни малейших признаков присутствия ещё одного. К тому же, чем сильнее некромант, тем больше в нём от высшей нежити.

— И?

— Только низшая нежить способна терпеть стайность, но высшие твари всегда одиночки.

Кажется, я спросила о чём-то, что в этом мире знают даже дети.

Из холла мы перебираемся в кухню, и я подаю мясо белого вепря, а для разнообразия не с картошкой, а с кашей и предупреждаю, что на завтрак тоже оно – ломоть я получила большой, Система не поскупилась.

Дико не хватает овощей и фруктов.

Чтобы сохранить мясо, я разорилась на Вуаль нерадивой хозяйки. Артефакт выглядит как тончайший палантин, собранный из крупных снежинок. Набрасываешь его на блюдо, и оно сохраняет свежесть. Что меня поразило больше всего – Вуаль на ощупь ледяная, держа её слишком долго я даже приморозила подушечки пальцев, но картофелину я из-под неё достала пышущую жаром. С мясом получается также, оно горячее, будто только что приготовленное. Прекрасный артефакт, но есть нюанс – снежинки тают совсем как настоящие, Вуаль заметно уменьшилась. До утра она доживёт, но не больше.

— Что-то не так? – я замечаю, что Даниэль хмурится.

— Бьянка, тебя… не затруднит принести… – он цепляется взглядом за мой табурет и замолкает.

— Кресло?

— Извини, мне не стоило.

— На самом деле не затруднит, – хмыкаю я.

Я не люблю заниматься бытом, предпочитаю нанимать. Вот как я зацепилась мыслью, что найму крестьянку, так и сижу в ожидании на неудобном табурете. А ведь всего-то и нужно, что принести… Если бы Даниэль не подталкивал, так бы и спала не узком диване, а не на нормальной постели. Ха, я могу только догадываться, как ему сейчас ценна каждая бытовая мелочь.

Кресла я приношу сразу два, по очереди, разумеется: сначала одно за другим спускаю со второго этажа, затем дотаскиваю до кухни и вношу, ставлю себе первой, Даниэлю второму.

— Спасибо. Сесть за стол как человек очень приятно, – Даниэль напрягается, привстаёт и падает обратно. – Я сам!

— Сам, – киваю я.

Мне же проще. Лишь бы не упал.

Вторая попытка тоже не очень удачная.

— Проклятье! – Даниэль бьёт по подлокотнику.

— Спокойнее, – я обхожу его и кладу ладони на плечи. – У тебя уже получалось, нужно просто повторить. Давай я придержу спинку, чтобы кресло стояло на месте? А пересядешь ты сам.

Даниэль рвано выдыхает:

— Ты уговариваешь меня как ребёнка!

— Ребёнку бы я дала игрушку.

Упс.

Язык мой враг мой. Я сначала сбалтываю, потом вижу, как вытягивается лицо у Даниэля, потом осознаю, что именно ляпнула. Именно игрушку я ему и выдала.

Даниэль рывком выпрямляется, делает нетвёрдый шаг и опускается в кресло за стол.

— О, смотри, как помогло! – хлопаю я в ладоши.

Даниэль шипит неразборчивое, вероятно, ругается, а я лохмачу ему волосы. Чуток обросли, стрижка не помешает.

— Бьянка, не трогай, грязные же!

Я бы не сказала.

Сама я привыкла мыть голову каждый день, благо на втором этаже нашла вполне цивильную ванну, но с Даниэлем сложнее – я приносила кувшины с тёплой водой, смывала пену прямо на пол, потом убирала…