Книга Вторая попытка леди Тейл. Том 1, страница 104 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

А что, если не пропал? Что, если?.. Я ведь, когда вышла замуж, отдала Эдвину всю себя. В буквальном смысле. Брачного ритуала не было, мы заключили современный «бумажный» брак, допускающий развод. Но на годовщину свадьбы Эдвин устроил мне праздник для двоих. Обычно он ничего подобного не делал, отговаривался занятостью. Я была счастлива и верила, что муж старается для меня. И у нас случилась особенно страстная ночь. В самый острый момент, когда я была на пике, он проговорил на незнакомом языке очень длинную фразу и попросил повторить слово в слово. Я даже помню, что говорила тогда, кретинка с хорошей памятью. Всю эту фразу помню. Но мне до сих пор не пришло в голову поискать перевод!

Но сейчас я и без перевода догадывалась, что муж получил право не только на мое тело, мою жизнь, моих возможных детей, но и на мою родовую кровь… Он стал наследником! Тем, кто может воспользоваться родовой силой Тейлов.

Мне без всякой игры стало дурно.

— Что-то я себя плохо чувствую, — пожаловалась я тете вполне искренне. Зеркало над умывальником отразило резко побледневшее лицо и проступившие под глазами круги.

— Мелани? — В голосе тетки звучало нетерпеливое недоверие. — Что за игры?

Отмахнувшись от нее, я вернулась в общий холл и упала в ближайшее кресло. И, не дожидаясь, пока дядя или тетя что-нибудь ляпнут, заказала у подошедшей горничной чай. А приготовленная мною куколка между делом отцепилась от оборок и под прикрытием комнатных растений шмыгнула в коридор.

Я же достала другой платочек и принялась обмахиваться им вместо веера. И опять не притворялась — мелькнувшая в голове догадка ударила по мне так сильно, что голова пошла кругом.

Тетя Миневра села рядом и строго спросила:

— Мелани. Ты таким образом изобретаешь предлог вернуться в столицу?

Это она что, решила давить на совесть? Как же надоело. Но ради родителей я буду терпеть, пока это еще возможно. Я чувствовала, что приближаюсь к краю.

— У. Меня. Мигрень, — жестко повторила я и отвернулась.

— Какой бесстыдный эгоизм, — поморщилась леди Гарльтон.

— Дорогая, — влез дядя Освальд, — оставь девочку в покое. Она просто переутомилась.

М-да, от его вкрадчивого голоса тошнило еще сильнее, чем от претензий тетушки.

Тетя не стала спорить, а я прикрыла глаза и переключилась на куклу, которая как раз незамеченной выбралась на улицу и начала восхождение по стене, благо пансионат был построен под старину из крупных блоков ракушечника, зацепиться за «швы» для куклы легче легкого.

Хотя Миневра умолкла, неприязненного взгляда она не отвела, да и дядя, при всем показном добродушии, поглядывал с подозрением, но придраться было не к чему. Разве что заподозрить в использовании магии… но они не в курсе, что я знаю и умею гораздо больше, чем могла бы знать самая умная и способная девушка, которая только-только поступила в академию.

Так что я сидела в большом уютном холле пансионата, пила мелкими глотками цветочный чай и тянула время.

Вот кукла добралась до балкона, и мне стало не до родни.

Окна закрыты, балконная дверь — тоже. Проникнуть в комнату мое творение не сможет, но пока этого и не требуется. Достаточно подобраться к стеклу и заглянуть внутрь.

Я откинулась на спинку кресла, демонстративно потерла виски, как от головной боли, и закрыла глаза.