Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 170 – Ирина Котова

— Майло, все, не могу… головка подпирает, я чувствую. Нельзя идти, я боюсь, нельзя… можно навредить, надо лечь… что же так быстро, а? Что так быстро?

— Таби, потерпи до дому, пожалуйста, — попросил он, заставляя ее сделать шаг, второй… — Потерпи, немножко осталось…

— Майло Тандаджи, — неожиданно железным голосом рявкнула жена, — какое потерпи! Сделай что-нибудь прямо сейчас, иначе я рожу твоего ребенка стоя, прямо на асфальт!

Тандаджи, чувствуя, как подкатывает паника и влажнеют руки, огляделся и потянул жену к ближайшей скамейке. Так, спокойно, спокойно, он же проходил обучение с младшим составом… много лет назад, там было, как принимать роды, вспоминай, на память никогда не жаловался… и где же чертовы врачи, где скорая, где этот виталист, который уже должен быть здесь? И почему в доме до сих пор нет стационарного телепорта, когда он может понадобиться?

— Я тут не лягу, слишком узко, — прошептала жена.

— Ляжешь, цветок мой, — как можно спокойнее сказал Тандаджи, снимая с себя футболку и расстилая ее на скамейку. — Ногу на спинку положишь, а вторую на меня поставишь и будет хорошо. Давай тсари тоже снимем, тоже постелим, хорошо? Давай, давай, моя радость, вот так… а сейчас и врачи подойдут, я уверен…

— Ох, — жена, едва успев снять тсари и белье, снова схватилась за живот, и Майло поспешно постелил его выше, уложил Таби, встал на колени у скамейки, поставил ее ступню себе на плечо и велел:

— Дыши, Таби, ты же помнишь, как дышать? Дыши!

Но вместо того, чтобы дышать, жена закричала болезненно и звонко, ступня ее вдавилась в ключицу Тандаджи так, что он чуть не свалился, а руками она вцепилась в спинку и ладонь мужа.

И тут-то Майло, который провел множество операций в качестве агента, бежал из родного Тидусса, спасаясь от убийц, переносил пытки и ранения, пробрало по-настоящему. До вставших на затылке волос и занывших мышц.

Он оглянулся на двери визиотелепорта, но никто не спешил от них к скамье, и Майло, стиснув зубы, мысленно обозвал себя тупым яком за то, что не сделал в доме постоянное дежурство бригады врачей. Но кто же мог даже подумать, что будет такое: Таби оба раза дохаживала до срока и спокойно с первыми схватками уезжала в роддом. И рожала долго, без эксцессов.

— Хорошо, хорошо, Таби, все хорошо, — бормотал он, сжимая ее ладонь: жена чуть не переломала ему пальцы, но что была эта боль по сравнению с той, что испытывала она. В свете фонаря ему все казалось, что она ужасно бледная. — Сейчас к нам прибегут врачи, а ты пока поработаешь, немножко нужно поработать, да? Давай, моя хорошая.

Она снова закричала, долго, тяжело, сжимаясь, напрягаясь, и крик ее перешел в стон, а затем — в тяжелое, надсадное дыхание. Сильно запахло кровью — кровь шла из жены, а Майло понятия не имел, нормально ли это. От ощущения бессилия его мутило — но он держал голос ровным, ласковым, уверенным, и все говорил, что все идет хорошо, что Таби справится, что она молодец и он так ее любит.

— Мали, Мали, что-то не так, — заговорила она, сжимая его руку, — слишком быстро идет, это неправильно, неправильно!

— Ничего, — его голос звучал почти легкомысленно, хотя ткань под ней промокала от крови, — бывают быстрые роды, видимо, боги решили тебя лишнего не мучить. Ты у меня молодец, давай, Таби, давай, моя хорошая…