Книга Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага, страница 57 – Дарья Коваль

И тогда Дамиан притянул меня к себе.

Его ладонь скользнула по моей спине, прижимая ближе, а вторая поднялась к лицу, отвела плавающие вокруг волосы и легла на затылок. Пальцы погрузились в мокрые пряди, удерживая бережно и одновременно крепко, и я на мгновение замерла, забыв даже о жжении в лёгких. Между нами почти не осталось расстояния. Я чувствовала его тело сквозь насквозь промокшую одежду, руку на своей талии, ладонь в волосах и смотрела в тёмные под водой глаза, постепенно понимая, что он собирается сделать.

Дамиан наклонился, и его губы коснулись моих.

Первое прикосновение получилось почти невесомым, осторожным, словно даже сейчас он оставлял мне кратчайшую секунду понять и принять происходящее. А затем его губы прижались плотнее, и я почувствовала тёплый, чужой и такой необходимый воздух, который судорожно вдохнула, одновременно вцепившись пальцами в Дамиана ещё сильнее.

Жжение в груди немного отступило.

Только облегчения почему-то не наступило…

Наверное, потому, что теперь я слишком отчётливо чувствовала всё остальное. Например, его пальцы в моих волосах, ладонь на талии, твёрдую грудь под рукой, которой я всё ещё цеплялась за его куртку. Тепло его губ среди ледяной воды ощущалось почти невозможным, и от этого контраста по телу прокатилась дрожь, не имевшая уже никакого отношения к холоду. Я прекрасно понимала, что происходило. Это была передача воздуха. Дамиан спасал мне жизнь, и в его действиях существовала абсолютно разумная, необходимая и не допускающая никаких двусмысленностей причина.

Только когда первый вдох закончился, он почему-то не отстранился...

Его пальцы чуть сильнее скользнули в мои волосы, удерживая возле себя, а губы едва заметно сместились по моим. Всего одно короткое движение — слишком мягкое для случайности и слишком чувственное для того, чтобы я смогла его не заметить. Моё сердце ударило сильнее, и внезапно я перестала понимать, где именно заканчивалась необходимость и начиналось что-то совсем другое.

Наверное, мне следовало отстраниться.

Я не отстранилась.

Хуже того, когда его губы снова двинулись по моим, я сама подалась навстречу. Совсем немного, почти незаметно, так, что при любых других обстоятельствах можно было бы потом убедить себя, что мне просто-напросто показалось.

Случайность!

Просто движение воды…

Или попытка получить ещё немного воздуха.

Но у меня была абсолютная память. И она запоминала всё с той безжалостной точностью, которую я столько лет считала своим главным преимуществом. В памяти слишком отчётливо отложился момент, когда его губы впервые коснулись. И то, как я вдохнула отданный им воздух, как пальцы Дамиана запутались в моих мокрых волосах, как моя собственная ладонь вместо того, чтобы оттолкнуть его, сильнее сжала ткань на его груди. И как после этого я сама, совершенно добровольно, ответила на движение его губ.

А потом Дамиан снова медленно выдохнул мне воздух.

Его губы оставались на моих, а мои отвечали.

Я держалась за Дамиана, он держал меня, где-то над нами всё ещё бушевали остатки сорвавшейся древней магии, вокруг царила ледяная чёрная вода, но всё это отдалилось настолько, что перестало иметь значение. Остались его ладонь в моих волосах, рука на талии, тепло дыхания и поцелуй, который начался как единственный способ дать мне воздух, а теперь становился чем-то совсем другим. И в какой-то момент я окончательно перестала понимать, кто из нас первым перестал просто спасать мне жизнь.