Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 99 – Виктория Рэд Харт

И на следующее утро, когда за окном начало сереть и где-то запела первая птица, я понял, что надо звать ее на встречу. Сказать, что готов взять ответственность на себя. За ночь. А что она хочет — пусть решает сама. Сегодня как раз должна быть тренировка у нее.

Придет ли?

Эльза пришла, собранная, почти спокойная, сосредоточенная. Всё занятие она старалась не смотреть на меня, отводила глаза. Делала вид, что поглощена упражнениями, но я видел, как ее пальцы дрожат на эфесе тренировочного меча, как она сжимает губы, чтобы не выдать себя. После занятия я попросил ее остаться.

Эльза осталась, подошла с гордо поднятой головой и спокойным взглядом. В ее осанке виделось что-то от королевы, которая идет на казнь. Молчала и ждала, что я скажу.

— Надо встретиться и поговорить, — предложил я.

— Хорошо, — ответила она без паузы, и ее голос не дрогнул. — В «Сладкой булочке». Завтра утром. По утрам там мало народу. Будет спокойно.

— Хорошо, — я согласился и понял, что она продумала этот момент.

Всё. Даже место, даже время. Она была готова к разговору, а я — нет.

* * *

Утром я пришел раньше Эльзы. «Сладкая булочка» встретила меня запахом корицы, ванили и свежевыпеченного хлеба — теплым, уютным, таким домашним, что на секунду захотелось остаться здесь навсегда, спрятаться от всех мыслей. Я сел у окна, заказал себе завтрак — яичницу с беконом, кофе, и про себя пошутил: «Ну хоть тут позавтракаем вместе. Хотя вообще-то я отлично жарю яичницу».

Вспомнил, как буквально на днях сковорода шипела на плите, масло стреляло, а я переворачивал яйца и прислушивался — не проснулась ли она.

Что заказать ей? Что она любит? Узнаю ли я? Будет ли у нас еще завтраки вместе после бурной ночи? Я смотрел на пустую улицу, на мокрую листву, прилипшую к асфальту после ночного дождя. Ветер гнал по тротуару желтые листья, и они шуршали, как шепот.

Пока я думал об этом, появилась Эльза. Красивая. Свежая. Такая спокойная. В простом зеленом пальто, с волосами, собранными в высокий хвост. Почти без косметики — и от этого еще естественнее. Я был у нее первым — это я узнал в то же утро, когда она сбежала. И такое спокойствие явно давалось ей с трудом. Я видел это по напряженным плечам, по тому, как она сжимала край пальто, как ее шаги стали чуть медленнее обычного, будто она тянула время.

— Эльза, — позвал я ее максимально мягким голосом, каким только мог. — Иди сюда.

Она подошла и села напротив. Не улыбнулась. Взгляд суровый, изучающий, почти агрессивный. Я чувствовал себя нашкодившим мальчишкой перед строгой учительницей.

— Что тебе заказать?

Официантка уже стояла рядом с меню, терпеливо перебирая блокнот.

Эльза спокойно ответила:

— Черный чай с мятой без сахара и огуречную булочку, пожалуйста.

А затем она спокойно уставилась на меня суровым взглядом. Она не отводила глаз, и это давило.

— Что вы хотели мне сказать? — спросила она нарочито четко, как на допросе.

— Эльза, эм… то, что произошло… я… хотел обсудить и…

Трудно подобрать слова, глядя на ее напряженную фигуру и тяжёлый холодный взгляд. Она не помогала. Ждала. В тишине кафе только тикали часы на стене, и этот звук казался оглушительным.

— То, что произошло, — моя ошибка и моя ответственность, — выпалил я. — Я готов взять всё на себя. Ты ни в чём не виновата. Я готов жениться, если ты этого хочешь.