Книга Фантомный свидетель, страница 90 – Алексей Градов

Илья откинул голову на подголовник. Перед глазами плясали цветные круги от неоновых вывесок, мелькающих за залитым дождем стеклом. Головная боль превратилась в монотонный, пульсирующий гул, заполняющий всю черепную коробку. Без таблеток его нейронные связи искрили, грозя в любой момент оборваться. Он чувствовал, как балансирует на тонком канате над бездной полного беспамятства.

— Как зовут человека в ФСБ? — не открывая глаз, спросил Краснов.

— Полковник Воронов. Управление собственной безопасности ФСБ, отдел «М», — тихо, чтобы не услышал водитель, ответила Марина. Она достала из портфеля пачку влажных салфеток и начала методично, не глядя на Илью, стирать кровь с его запястья. — Я нашла в логах Тарасова скрытую переписку. Он паниковал. Воронов копал под их логистическую схему полгода. Тарасов пытался через Москву снять Воронова с должности, но не вышло. Если мы принесем эти документы кому-то другому, нас могут сдать. Тарасов купил многих. Но Воронов — его личный враг. Он вцепится в эти бумаги мертвой хваткой.

Краснов кивнул. Отдел «М» ФСБ, курирующий правоохранительные органы. Чистильщики чистильщиков. Эти ребята не знали жалости к коррумпированным ментам.

— В крафтовом конверте, который я забрал из ячейки, флешка с проводками и бумажные договоры с подписями Стерхова и Тарасова, — Краснов свободной правой рукой достал компромат и передал его Марине. — Спрячь к себе. Если нас остановят патрульные на подходе к зданию, я возьму их на себя. А ты беги прямо к дверям Большого Дома и кричи, что у тебя документы для Воронова.

— Мы дойдем вместе, — упрямо сжала губы стажер, убирая конверт в свой портфель, где уже лежали снятые дампы.

Машина свернула на Литейный. До знаменитого здания ФСБ оставалось несколько сотен метров.

Краснов посмотрел на девушку. На белый пластырь, скрывающий рану на ее лбу, которую она сама себе нанесла ради него. На ее тонкие, перепачканные его кровью пальцы.

— Прости меня, Орлова, — вдруг произнес он. Голос прозвучал хрипло, но абсолютно искренне. — Я втянул тебя в мясорубку. Твоя карьера в Следственном комитете окончена. Даже если мы посадим Тарасова, Система не прощает тех, кто выносит сор из избы. Тебе не дадут там работать.

Марина посмотрела на него в упор. В полумраке салона ее глаза блестели.

— Я шла в Следственный комитет, чтобы сажать убийц, Илья Николаевич. А не для того, чтобы носить кофе оборотням в погонах, — она криво, из-за синяка, усмехнулась. — И вы отличный наставник. Вы научили меня главному: верить фактам, а не авторитетам. С карьерой я как-нибудь разберусь.

Машина затормозила. — Приехали. Литейный, 4, — буркнул водитель, не оборачиваясь.

Краснов бросил на сиденье деньги, и они вышли под проливной дождь.

Перед ними возвышалась серая, монументальная громада Большого Дома — штаб-квартиры УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Здание давило своей тяжелой, мрачной архитектурой. Окна светились ровным, холодным светом.

Просто подойти к дверям было невозможно. На тротуарах дежурили вооруженные патрули. Но Краснову бросилось в глаза другое. На противоположной стороне улицы, мигая аварийками, стояли два черных микроавтобуса без номеров. Рядом с ними курили люди в штатском с характерной военной выправкой.

— Это особисты Тарасова, — прошептал Илья, хватая Марину за локоть и увлекая ее в тень автобусной остановки. — Они пасут входы.