Книга Код мессии, страница 33 – Майкл Корди

— Так, Бет, нам надо дождаться, когда приедет мать Хэнка. Она сказала, что будет к семи. Потом, пожалуйста, приведите сюда кого-нибудь из врачей НИЗа — пусть видят, что мы делаем. Думаю, лучше доктора Карла Ламберта. Как только он придет, сообщите мне, и мы начнем. О’кей?

Бет кивнула. По выражению ее глаз Том понял, насколько она взволнована. Сам он был спокоен. Они сумеют вылечить Хэнка. Сейчас он желал только одного — быть столь же уверенным в отношении бесконечно более сложного случая. Случая Холли. Боб и Нора сообщили, что к девяти будут готовы проверить воздействие ретровируса, который они вырастили, на глиобластому. Он взглянул на часы: осталось всего два часа.

В другой части первого этажа Джасмин Уошингтон первые полчаса своего рабочего дня посвятила проверке состояния всего своего хозяйства. Скоро появятся первые, самые активные из ее сотрудников, а она любила побыть некоторое время наедине со своими аппаратами.

Она обошла весь экспериментальный отдел со всеми его геноскопами. Отдел был устроен точно так же, как и другой, аналогичный, наверху, — это там геноскоп считывал геном Холли. Только здесь находилось всего четыре таких аппарата, и все — модернизированные экспериментальные модели. Два справа могли выдавать голографическое изображение и уже были оснащены пробным вариантом программы «Ген-Джинн». Джасмин не сомневалась, что через несколько дней они будут полностью готовы к работе.

Тут ее вновь охватили противоречивые чувства. Четыре дня назад они с Ларри взяли Холли в кино, на новый диснеевский мультфильм «Король Лев». Как обычно, они все время смеялись и подначивали друг друга, но Джасмин не могла перестать думать о приговоре, вынесенном ДАНом. Она гордилась способностью геноскопа предсказать болезнь, особенно если ее можно предотвратить или вылечить. Но если все, на что способно ее изобретение, — это лишь предсказать несчастье, не предлагая при этом никаких мер спасения, значит, оно не такое уж и умное.

Она вздохнула и прошла через весь зал, миновав главный офис своего отдела, расположенный справа, где пока еще молчали все рабочие станции и терминалы. Толкнула стеклянную дверь напротив, открыв находящееся за ней большое, слепящее белой краской помещение. Здесь было сердце ее отдела — Информационный центр компании «Джиниус».

Именно здесь, в этом прохладном, ослепительно белом помещении, которое называли просто «Белой комнатой», Джасмин любила ходить и думать. При постоянно поддерживаемой температуре пятьдесят пять градусов по Фаренгейту, то есть около пятнадцати по Цельсию, посреди комнаты стояли четыре огромных контейнера, от которых исходило постоянное тихое гудение. Два из них служили местом обитания «Большой мамы» — мощного ультракомпьютера с процессором на белковой основе, который был связан со всеми существующими в мире геноскопами. Мозг этой «мамы» в любой момент времени знал, какие виды сканирования проводятся ее «отпрысками» в любой точке планеты. Именно «Большая мама» обеспечивала существование базы данных, хранящейся в двух других контейнерах, именуемой Систематизированным хранилищем индивидуальных геномов, или ИГ.

Этические правила в отношении сканирования генов весьма строги. Геном пациента можно проверить лишь в присутствии его врача или если пациент получил профессиональную консультацию. Строжайшие условия обеспечивают то, что индивидуальный геном человека не может подвергнуться сканированию без его согласия. Еще одно важное правило: все результаты сканирования должны храниться при соблюдении строжайшей конфиденциальности. Компании, занимающиеся страхованием жизни и здоровья, не раз пытались оспорить это положение, заявляя, что если человек неизлечим, он может застраховаться на чрезвычайно большую сумму при стандартных взносах. Закон, однако, был неумолим: частная жизнь личности превыше всего. Именно поэтому Джас и Картер были так озабочены тем, чтобы наличие этой базы данных оставалось тайной. Хранить ИГ было абсолютно вне закона.