Книга Миллион смертных грехов, страница 51 – Марина Серова

— А с чем это было связано? Все эти риски? С нежеланием работать честно? Или было что-то еще? — уточняла я.

— И с нежеланием возиться, но в большей степени, как я считаю, с тем, что с уходом из компании совладельца Перемысленникова дела пошли совсем скверно. Да, Перемысленников ведь выгнал своего компаньона, буквально обобрав его до нитки. Но, как показало время, именно на нем и держалось все производство. А не стало его — и все посыпалось. Вот тогда Перемысленникову и не оставалось ничего другого, как прибегнуть к импорту и подмене продукции.

— Олег Васильевич, а у вас есть подтверждения этому? — спросила я.

— А как же! У нас имеются фрагменты переписки с одним из посредников, копии нескольких транспортных накладных с анонимными отправителями и сведения от бывших сотрудников, которые подтверждают, что привозили партии плитки с «завода Х в провинции Таиланда». Ведь у Перемысленникова почти половина сотрудников уволилась. Да, и еще у нас есть информация о поддельных сертификатах и схемах перепаковки. Сами понимаете, с волками жить — по-волчьи выть. А Перемысленников, несмотря на то что потерял своих лучших работников и вынужден был завозить продукцию, все еще остается опасным конкурентом. Вот для подстраховки все эти документы у нас и имеются. Мало ли что он еще может выкинуть…

«Да уж, бизнес есть бизнес, — подумала я. — Если не ты первый нападешь на конкурента, то тогда нападут на тебя».

— А почему все держалось в секрете? — удивилась я.

— Потому что легально это могло привести к уголовным искам. Тут и контрафакт, и нарушение технических регламентов, а в конечном итоге — угроза для потребителя. Вот поэтому и использовались цепочки подставных фирм, офшорные расчеты и секретные склады.

— А это могло дать кому-то мотив убрать Иннокентия Перемысленникова? — спросила я.

— Конечно. Такое ведение бизнеса создает много врагов. Это и обманутые партнеры, и контрагенты, и конкуренты, и пострадавшие клиенты. У кого-то могли возникнуть серьезные личные и финансовые потери. Чем не мотив для радикальных действий? Однако я не думаю, что кто-то из конкурентов мог решиться на такой шаг, — сказал Олег Васильевич.

— Но ведь вы только что сказали: у конкурентов Перемысленникова из-за его нововведения могли возникнуть финансовые проблемы, — возразила я.

— Понимаете, в чем дело, Татьяна Александровна, из-за финансовых сложностей никто не пойдет на убийство. В конце концов, всегда можно найти иное решение возникшей проблемы. А вот надолго сесть в тюрьму — это совсем другое. Поэтому на физическое устранение Перемысленникова мог решиться кто-то из его близкого окружения. Тот, кому он стал угрожать самим фактом своего существования, — сказал Кореневский.

— Спасибо вам, Олег Васильевич, — поблагодарила я его.

Выйдя из офиса «НоваКерамик», я задумалась. Значит, если предположить, что к исчезновению Иннокентия его конкуренты отношения не имеют, то, стало быть, необходимо более пристально рассмотреть всех тех, кто составляет окружение бизнесмена.

Логичнее всего начать с Маргариты, супруги пропавшего предпринимателя. Иннокентий шантажом заставил ее выйти за него замуж, фактически принудил к браку с ним. Но потом изменял ей направо и налево и ничуть не скрывал свои похождения. Конечно, у женщины есть мотив избавиться от неверного супруга. Но могла ли решиться на это Маргарита? Ведь у нее нет тех ресурсов, которые необходимы для избавления от ненавистного мужа-изменщика. Как бы ни была сильна эмоциональная составляющая, но все спланировать и организовать у Маргариты вряд ли бы получилось.