Книга Геката. Умереть, чтобы жить, страница 144 – Марина Альте

Влюбиться в человека — для него это страшнее мучительной смерти!

Что меня и ждет, — слышит он, свои траурные мысли, и по всему его телу расползается сковывающая волна напряжения.

— Теперь уже не важно, сын, что произошло в твоей мертвой душе, — философски продолжает он вопреки всему тому, о чем думал парень, — Главное проклятие, которое миллионы лет заставляет нас ограничиваться в желании…

Парень вскидывает взгляд на вампира. Краснеющие глаза Алана полны странной искрой, обычно она появлялась в минуты, когда он размышлял о светлом будущем, которое только может быть у вампира.

Анджей с чувством полной досады понимает, что его отца не занимает больше ни чего, кроме как многолетняя диета, которая буквально стала для него жизненной преградой.

Невероятно, как за сотни лет его отношение к своим детям поменялось. И даже Агний, его любимый младший сын, стал изгоем для собственного папаши. А Беримир? Алан отправил его на смерть, заставив убить Виолетту.

С этими мыслями в душу Анджея закрадывается чувство гнева на своего создателя, и он буквально сверлит его недовольным взглядом, готовый принять смерть, только, что бы больше не испытывать жалости к этому бесчеловечному вампиру.

Алан смотрит на парня с досадой, а после опускает голову и заявляет:

— Как бы я хотел наказать тебя, сын, но не могу….-холодный голос вампира, пропитанный горькими нотками, звенит в ушах Анджея. Алан смотрит на него из-под густых бровей и продолжает, — Ты мне будешь очень нужен, в нашем маленьком, незаконченном деле…

Вампиры, стоя за спиной Анджея, как немые статуи переглянулись, но, ни кто так и не смог сказать и слова прежде, кем Алан растянул губы в зловещей улыбке:

— Помниться мне, ты упоминал что-то о Псаахе?..

Усмехнувшись, Алла вышла вперед, смотря на старика так, словно считает его сумасшедшим психопатом:

— Но это не возможно, отец! — голос ее был, словно струна, натянут до предела. Девушка смотрит на братьев и заявляет, — Ты говорил, что ни одна магия, будь то светлая или темная не способна пробудить царицу! Ты считал Псаах сборником идей голубцов и лицемеров!

— Не важно, как я считал до этого Алла! — грозный голос Алана заставил всех присутствующих почти подскочить на месте, а девушка удручающе опустила голову с чувством презрения, разглядывая пол, — Тебе ясно?!

Девушка, молча, пыталась заставить себя ответить спокойно, но, ее характер не мог позволить ей сделать голос, как и прежде нежным, и она еле выдавила:

— Да, отец, — и замолчала.

Казалось, что напряжение в зале способно разорвать дом на части, но, вдруг улыбка Алана стала мягкой, такой, как ее помнили многие из его семейства. На долю секунды Анджею показалось, что прежний отец вновь с ним, но после, как он увидел в его пепельных глазах жгучее желание властвования, все мечты Анджея растворили воздухе, с отцовским голосом:

— Посовещавшись со старейшинами, мы пришли к выводу, что не стоит ждать истинную наследницу Гекату. Века в ожиданиях сделали этот мир воинственнее и от части, грязнее. Люди забыли, что тьма существует и она их главный враг. Они создают смертельные войны, оружия и травят себя ядами, — Алан морщится и выплевывает, — Какая расточительность!

Вампиры не отвечают. Все внимательно изучают лицо Алана и слушают отцовские разговоры, словно бы он был настоящим пророком, а они верными подданными.