Книга Я тебя не любил..., страница 29 – Даша Коэн

— Сидорова.

— Замечательно! Сколько вам лет?

— Двадцать два. Будет через три месяца.

— Это просто превосходно. Вы такая молодая и полная сил. Не нужно лить слезки, все образуется.

Но я от этого маловероятного прогноза совсем сдала. И разрыдалась в голос, уже совершенно не понимая, что происходит. Как меня заводят в кабинет как укладывают на кушетку. Как берут из вены кровь, а затем проводят осмотр и делают Узи.

И снова, и снова, и снова улыбаются, черт возьми! А я не могу! У меня сердце рвется!

— Скажите, что все хорошо. Умоляю вас! — стуча зубами, требовала я.

— что ж — кивнула мне доктор, снимая с рук латексные перчатки и бегло просматривая оперативно полученные анализы, — дабы на берегу сразу вас успокоить, скажу, что для переживаний нет повода. Пока что! Думаю, что на фоне стресса у вас произошло скопление небольшого количества крови между маткой и оболочкой плодного яйца. Это, так называемая, ретрохориальная гематома. Она сама собой рассосалась, и теперь для нормального развития беременности нет никаких помех. Если только вы не продолжите себя истязать нервными переживаниями.

Будто бы я могу как-то на это повлиять.

А тем временем врач продолжала.

— Так что, в сложившейся ситуации я могу лишь от всей души поздравить вас!

Скоро вы станете мамой, Анечка!

— Спасибо... — пробормотала я, едва сдерживая слезы.

— Погодите... А вы что не рады? Может, ребеночек не долгожданный? Или папы нет?

— Папы нет.., — закивала я, надсадно хрипя.

А женщина сокрушенно и сочувствующе покачала головой.

— Умер?

— Жив! — на полнейшей истерике фыркнула я.

— Вот же мужики пошли — скоты бессовестные. Поматросят и бросят Но вы молодец, Анна. Ребенок же не должен страдать оттого, что у него папка козел.

Верно?

— Верно, не должен, — стирая с щек катящиеся без конца и края слезы, выдохнула я.

— Но, Анека... — нахмурилась Рената Николаевна.

— Да? — вскинула я глаза, с иррациональной надеждой глядя на добрую женщину.

— Вы уж меня простите за излишнюю наблюдательность и то, что лезу. Быть может, не туда, куда следует, но у вас на безымянном пальце я вижу помолвочное и обручальное кольцо. Значит, вы замужем. И в таком случае я просто обязана дать вам совет.

Я же лишь подняла подбородок выше, с вызовом встречая слова доктора. И ломаясь под ними!

— Чтобы между вами не случилось, ваш муж должен знать, что скоро станет папой.

А вы не имеете права лишать ребенка любви его отца. Это просто эгоистично! А там уж, когда у вас появится на свет ваше общее чудо, то и проблемы все сами собой решатся.

— но…

— Вот увидите, так и будет.

— Но он мне изменил!

— Я понимаю ваше возмущение, Аня. Но в проблемах семьи виноваты оба супруга.

— Все понятно... — почти сорвалась я с кушетки, предвкушая то, что меня снова будут обвинять в том, что я не тем местом мужу в кровати подмахивала.

— Постойте, Анечка! — ласково придержала меня женщина, нежно поглаживая по руке и заглядывая в глаза. Так пристально и вопрошающе, что мое сердце дрогнуло.

А я в моменте себе представила, что это не незнакомый врач со мной решила задушевные беседы вести, а сама мама спустилась с небес, чтобы дать мне совет, как быть и что делать.

— я ему не нужна! — вытерла я кулачком набегающие на веки слезы. — Он так мне и сказал. А еще предупредил, что если я окажусь беременной до развода, то он превратит мою жизнь в ад!