Книга Мажор по соседству. Сердце на куски, страница 99 – Даша Коэн, Мила Любимая

Внутри меня все дрожит, и я чувствую, что слезы стоят уже где-то на подходе. А мне бы только домой добраться, чтобы не разреветься на улице на глазах у всех. Вот окажусь в своей маленькой комнатушке, лягу на кровать и накроюсь одеялом с головой, а там уж дам волю своему горю. Пусть выплескивается через край сколько хочет. А пока — я сама скала и мне все нипочем.

— Ну и правильно, в общем-то. Он себе еще локти кусать будет, когда поймет кого потерял.

— Да плевать мне на локти Сечина. И на него самого мне тоже плевать, — фыркнула я и тут же скривилась, понимая, что только что выдала абсолютную ложь.

Но, как бы там ни было, я для себя решила, что Егора в моей жизни больше нет и не будет. Пошел он к черту! Нравлюсь я ему, видите ли. Очевидно, его жаркие симпатии дольше одного дня не длятся.

Таракан!

— Мне-то хоть не ври, — встала как вкопанная посреди дороги Бронштейн и посмотрела на меня с укором.

— А что мне говорить, Акси? — вперила я в нее тяжелый взгляд исподлобья.

— Правду.

— Правда ужасна, подруга. Я влюбилась в отпетого бабника, который заполучил меня за всего лишь одно свидание. И самое паршивое в этом даже не то, что я ему отдалась без конфетно-букетного периода. А то, что Егор наперед знал, что я не смогу перед ним устоять. Он ведь даже купальник мне приготовил заранее, прекрасное понимая, что у меня не будет возражений, чтобы сначала нацепить его на себя, а потом дать ему его снять. Он разыграл все как по нотам и мне гадко от осознания того, что я оказалась только глупой мухой, которая попалась в его паутину. Ничего примечательного — просто мясо.

— Ляль, — подалась ко мне подруга и я только сейчас поняла, что слезы все-таки закапали из глаз.

— У меня внутри все скрипит и трескается, Акси, — жалобно простонала я, — Еще немного и рассыпется на куски. И я не знаю, что делать с этими чувствами. Они душат меня. Они меня ломают. Они делают меня слабой.

— Ну-ну, милая...

— А я поверила ему, дура! Раскатала губу, принимая каждое его слово за чистую монету. Открыла Егору свое сердце, тогда как ему всего лишь нужно было попасть в мои трусы.

— Все пройдет, Ляль. Сейчас мы придем домой, переоденемся в пижамы и станем вновь объедаться мороженым, врубив по телеку какой-нибудь крутой сериал.

— Про зомби? — усмехнулась я.

— Точно!

И мы обе рассмеялись, чувствуя при этом почти неподъемную тяжесть в душе.

— Слушай, — потянула Бронштейн спустя несколько минут молчания, — А если Сечин все-таки к тебе явится под окна? Что тогда?

Ребра от такой перспективы затрещали, а легкие перестали гонять живительный кислород, опасаясь судороги, прокатившейся по всему моему телу с головы до пят. Что это? Страх? Или хрупкая, затаенная надежда?

Боже, я клиническая идиотка?

— Ничего, — прохрипела я, действительно воображая себе, что вот, сейчас мы повернем за угол, а там будет стоять черный монстр Сечина. И они оба будут ждать меня.

Несбыточная и жестокая картинка...

— Ничего, — нараспев повторила за мной Аксинья.

— Да, именно, ничего. Пусть он катится бубликом куда подальше, а меня оставит в покое. У меня вообще-то гордость есть! Я ее просто временно в отпуск отправляла, вот и получился казус, но теперь...

— Но теперь? — переспросила подруга, но я временно распрощалась с даром речи, потому что мы наконец-то повернули в наш двор и то, что я там увидела, повергло меня в шок.