Книга Развод в 40. Новое счастье, страница 15 – Марина Латрина

— Спасибо, — тихо сказала я. — Правда. Не знаю, что бы я без вас делала эти последние недели.

— Мы всегда рядом, Анечка, — мама сжала мою руку. — Что бы ни случилось. И Серёжу оставляй у нас, сколько потребуется — хоть каждый день, хоть на месяц, лишь бы тебе было спокойнее разбираться со всем этим.

Завтра у Ани встреча с самым грозным адвокатом города. Получится ли на этот раз?

Юридическая фирма «Ковалёв и партнёры» занимала три верхних этажа стеклянной высотки в центре города — из тех зданий, что явно строили с одной задачей: заставить любого посетителя пересчитать все свои жизненные достижения ещё до того, как он выйдет из лифта. Стены холла были увешаны минималистичными абстрактными полотнами, судя по всему, оригиналами, а не репродукциями, и я, разглядывая их в ожидании пропуска, поймала себя на мысли, что подобный интерьер обходится месячному бюджету небольшой фотостудии. Девушка — личный помощник Станислава, миловидная, с идеальным маникюром, — проводила меня в угловой кабинет с видом на весь город.

Мужчина за столом поднял голову — усталые, но цепкие серо-стальные глаза, из тех, что за секунду успевают оценить и осанку посетителя, и то, насколько он готов к серьёзному разговору. Станислав Ковалёв. Управляющий партнёр фирмы, которую боялась половина юридического сообщества города — если верить рассказам Виктора Аркадьевича.

На вид я дала бы ему чуть за сорок: высокий, широкоплечий, с той спортивной подтянутостью, которая выдавала регулярные тренировки, а не просто удачную генетику; лёгкая, благородная седина на висках, контрастирующая с тёмными волосами, придавала ему солидности, не старя ни на день; резкая линия скул и чуть заметная ямочка на подбородке смягчали общую суровость лица, а на переносице залегла тонкая морщинка — след многолетней привычки хмуриться над сложными делами.

Узел галстука был слегка расслаблен, будто он снял пиджак только что и ещё не успел до конца собраться с силами для очередной встречи, но взгляд при этом оставался совершенно ясным, без и намёка на усталость.

— Присаживайтесь, — сказал он, не вставая, и кивнул на кресло напротив. — Чем могу помочь?

— Хочу развестись с мужем.

Он едва заметно усмехнулся, откладывая ручку в сторону.

— Знаете, в девяти случаях из десяти всё складывается по одному и тому же сценарию. Обычно такие дела заканчиваются примирением ещё до суда. Люди приходят на эмоциях, через неделю передумывают, а я трачу время впустую. Простите за прямоту, но у меня плотный график.

— Мне казалось, вы профессионал, — я поднялась, забирая сумочку, и одарила его взглядом, которым обычно окидываю бракованный реквизит на площадке. — Похоже, я ошиблась адресом. Или, может, вывеска на здании просто устарела вместе с вашей репутацией.

— Подождите, — он остановил меня жестом раньше, чем я успела дойти до двери, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на любопытство. — Присядьте, пожалуйста. Я погорячился с выводами — профессиональная деформация, знаете ли, слишком много клиенток повидал за годы практики, которые сами же потом передумывали и возвращались к мужьям.

— Что ж, хотя бы статистика на вашей стороне, — заметила я, тем не менее возвращаясь в кресло. — Обычно ожидаешь либо грубости, либо упрямого нежелания её признавать. Вы умудрились совместить оба варианта и всё равно кажетесь почти обаятельным. Занятный фокус.