Книга Клубничная фея ведет расследование: берегись, некромант!, страница 1 – Ася Ягель

— Люсиииль, сладкая моя, — протянул Герберт, пододвигая ко мне коробку шоколадных конфет.

— Сладкая говоришь? А ещё недавно я была старой грымзой. Какая любопытная метаморфоза, — хмыкнула я, отправляя конфету в рот.

А что? Если судьба преподносит тебе сладкий подарок, пусть и через кривые руки младшего репортёра, то негоже от него отказываться. От подарка, разумеется, Герберт может катиться на все четыре стороны.

— Но, душа моя, я был слеп…– попытался оправдаться мой коллега, состроив грустные глазки.

А глаза у Герберта были впечатляющие — бездонные голубые озёра, а не глаза! Но меня таким не поймëшь, каких только красавцев я не повидала на своём веку.

— А теперь, видимо, прозрел? Удобная штука — эта выборочная слепота. Знаешь что? Иди ка ты… работать!

В такое экстравагантное место первого дамского угодника нашей редакции, видимо, ещё не отправляли. По крайней мере, выглядел Герберт весьма озадаченным.

Воспользовавшись моментом, я втянула конфеты внутрь тесного кабинета — прибежища вахтёра, и с громким треском захлопнула окошко, отделяющее моё рабочее место от широкого коридора редакции.

Мда, тридцать лет как один день пролетели прямо в этой кабинке за журналом регистрации, несмолкающим треньканьем магофона и сменяющими друг друга восторженными лицами тех, кто мечтал раздобыть сенсацию, разбогатеть и прославиться. Только вот в Милтоне происходит не так уж много всего интересного — обычный провинциальный городок, каких множество в нашем королевстве. Восторг сменялся скукой от необходимости строчить бесконечные статьи о погоде, урожае, свадьбах и похоронах. Колонка некрологов, кстати, пользуется большой популярностью среди читателей.

Треньканье магофона нарушило мою ностальгическую идиллию. Я потянулась пальцами к большому изумрудному кристаллу, вдавленному в матовую чёрную пластину и в который раз поразилась гладкости кожи. Ну чисто молоденькая принцесса! Только я, конечно, не она.

— Вахта редакции «Серебряный голос», — ответила я, убедившись, что кристалл светится ровным зелёным светом.

— Баба Люси э-э-э… в смысле, Люсиль, зайди, пожалуйста, ко мне в кабинет, — распорядился наш бессменный шеф — Дориан Руш.

Когда обедневшее дворянское семейство поселилось в нашей глуши, никто и представить не мог, что наследник возьмётся за «бумагомарание», но поди же ты, именно печать газеты сделала Дориана, пожалуй, одним из богатейших и влиятельных людей нашего города.

Я поправила причёску, такое обилие кудрей мне не приходилось носить даже в молодости, а тут нате вам — понаросли до самой жо… в смысле поясницы, никакой управы на них нет.

Заперев вахту на ключ, я повесила табличку с размытой надписью: «Перерыв… минут». Когда-то я скрупулёзно вписывала туда цифры, но быстро поняла, что эта бесценная информация всё равно ни на что не влияет. Те, кому срочно что-то было нужно, умудрялись найти меня где угодно: хоть в парке за зданием редакции, хоть в столовой, хоть в чулане (я совершенно точно там не спала), хоть, уж извините, в дамской комнате. Ни минуты покоя!

— Господин Руш ждёт тебя, — натянуто улыбнулась Ингрит — секретарша нашего шефа.

Ничего удивительного в такой реакции не было: ещё недавно она была звездой и первой красоткой, стол ломился от подарков восхищённых поклонников. Но беда подкралась откуда не ждали. Нет, не в лице очередной хорошенькой вертихвостки, возомнившей себя гуру пера. А в виде ворчливой старушки, тридцать лет проработавшей вахтёром, а потом враз помолодевшей, да ещё и обзаведшейся полупрозрачными крыльями. Они, кстати, жутко чешутся, зараза!