Книга Молчание нимфы и мечты орка, страница 37 – Лина Ровак

Медленно, очень медленно, она повернула голову. У двери, наполовину скрытый тенью, стоял король.

Их глаза встретились.

В золотых глазах орка она увидела то, чего не видела раньше. Не желание. Не гнев. Не любопытство. Благоговение. Чистое, незамутнённое благоговение. Такое, с каким смотрят на восход солнца, на падающую звезду, на чудо, которое невозможно объяснить.

Он не двигался. Не говорил. Просто смотрел, и в этом взгляде было всё, что он не мог выразить словами.

«Ты — чудо».

«Ты — то, о чём я мечтал всю жизнь».

«Ты — то, что я никогда не смогу удержать».

Лиара не отвела взгляда. Она смотрела на него в ответ. Мокрая, дрожащая, но гордая. Она не стыдилась того, что он увидел. Не жалела, что позволила себе этот танец. Наоборот, где-то глубоко внутри она была рада, что он это видел. Что он понял: её нельзя запереть. Нельзя сделать ручной. Нельзя сломать.

Она нимфа. И даже в клетке она найдёт способ остаться собой.

Прошла минута. Может быть, две. А потом король медленно, очень медленно, словно каждое движение давалось ему с трудом, поклонился.

Не кивнул. Не склонил голову. Поклонился так, как кланяются перед алтарём. Прижал перевязанную руку к груди и опустил голову. И в этом жесте было больше уважения, чем в тысяче слов.

Потом он выпрямился и вышел. Бесшумно. Не сказав ни слова. Даже засов не задвинул, просто оставил дверь приоткрытой.

А Лиара осталась стоять под куполом, и вода всё ещё капала на неё сверху, и где-то вдалеке рокотал уходящий гром.

Она вдруг поняла, что улыбается.

Впервые за всё время плена она улыбалась не от смеха, не от неожиданности, а от странного, тёплого чувства, которое зародилось где-то в груди и теперь медленно расходилось по телу.

Она не знала, как назвать это чувство. Не знала, что оно означает. Не знала, приведёт ли оно к чему-то хорошему или разрушит всё окончательно. Но оно было. И пока оно было, она была жива.

Ночью гроза ушла окончательно. Небо очистилось, и звёзды засияли над куполом так ярко, как никогда раньше. Лиара лежала в постели, но не спала. Она смотрела на эти звёзды и думала.

О танце. О грозе. О силе, которая текла сквозь неё, несмотря на браслет.

И о нём. О том, как он смотрел. О том, как поклонился.

Король орков поклонился ей. Не как пленнице. Не как трофею. Как равной. Как чему-то, что он признавал выше себя.

Что это значило? Она не знала. Но одно было ясно: что-то изменилось. Не в мире, а в них самих. Они переступили невидимую черту, и пути назад уже не было.

Лиара закрыла глаза и наконец позволила себе уснуть.

И впервые за много дней ей ничего не снилось. Только тишина. Только покой. Только звёзды над стеклянным куполом.

Грун явился без предупреждения.

Старый шаман редко покидал своё логово, которое находилось в подземельях замка. Его постоянным местом обитания было в сырых, пропитанных запахом трав и плесени катакомбах. Там он хранил свои амулеты, свитки и прочие магические артефакты. Если он поднимался наверх, да ещё и в тронный зал, да ещё и в неурочный час, то значит, случилось что-то действительно важное.

Гор'тах как раз заканчивал утренний приём. Скучное, но необходимое занятие: выслушивал жалобы старшин, разрешал споры о границах пастбищ, подписывал какие-то бумаги. Когда шаман возник в дверях, король сразу понял: день перестаёт быть скучным.