Книга Я попала в книгу, но она врала о внешности злодея, страница 109 – Эва Морей

— Ну как работает, как работает… — проворчал Вольтран, откладывая перо. — Помещаете кисть в отверстие, прибор активируется и начинает светиться. Спектр стандартный: от багрово-красного до чистого белого. Чем светлее и ярче оттенок, тем шире ваш резерв.

Я кивнула. Вообще-то, мне в первую очередь хотелось узнать, не оттяпает ли эта странная каменюка кусок моей плоти, но раз уж речь зашла о цветах — ладно. Я медленно протянула руку и аккуратно опустила кисть в прохладное углубление. Пальцы приятно похолодила шершавая, будто бархатистая поверхность камня.

Буквально через секунду комната озарилась ровным, ослепительно-белым сиянием.

Я в удивлении открыла рот. Настоящий восторг волной прокатился по венам. Это ж значит, что мой резерв просто огромен! Вау! Я только недавно получила Дар, а уже раскачала его до абсолютного максимума. Ну всё, держись, магический мир! Я пришла!

Лицо Вольтрана при этом сохраняло максимально спокойное, даже скучающее выражение. Он лениво что-то почеркал в своей бумаге, прижал тяжёлый металлический пресс и протянул мне плотный документ.

— Прошу, Тири. Вот ваш документ о регистрации. Руку можете вынимать. Я сейчас нанесу знак на ваше предплечье, и можете быть свободны…

— Погодите! — я почти подпрыгнула в кресле от возмущения. — Вы что же, не видели?! Свет был белый! Белый!

— Видел, — кивнул Вольтран, глядя на меня совершенно равнодушно.

— Ну так это же… это же значит, что мой резерв большой… Ну очень большой!

— Так и есть, леди. Однако ведь всё относительно, — философски заметил Вольтран, вытаскивая из ящика стола небольшую печать.

Я так и осела обратно. В смысле «относительно»? Что этот дядька имеет в виду? Вот же — камень засветился кипельно-белым цветом! Значит, я суперсильный маг! А ему совершенно плевать.

— Что значит — всё относительно? — медленно, сквозь зубы уточнила я.

Честно говоря, ответ мне слышать не то, чтобы хотелось. Всеми фибрами своей души я предчувствовала, что ничего, кроме разочарования, он мне не принесёт.

— Вы удивительно неосведомлены о базовых вещах, — со вздохом ответил Вольтран, нажимая печатью на подушечку с краской. — Максимальный белый резерв — это лишь показатель того, что ваш личный Дар развит до своего предела. Если резерв белый, значит, вы можете выжать из своей способности абсолютный максимум. Но сам характер способности это не меняет. Понимаете?

Я медленно кивнула, и внутри всё болезненно сжалось. Логика была убийственной. Это что ж такое получается? У кого-то от природы есть личный сверхзвуковой самолёт, а у меня — садовый трактор. И сколько бензина в этот трактор ни лей, какие огромные баки ему ни пристраивай, он всё равно никогда не взлетит и не разовьёт скорость самолёта. Его предел — пахать грядки.

Из горла едва не вырвался досадливый вздох. Ну вот. Пылекинез он и есть пылекинез, выше головы не прыгнешь. Получается, самый мой потолок — устроить локальный взрыв с помощью угля. И то, рискуя мгновенно вырубиться от полного опустошения.

— Мда, — Вольтран сделал приглашающий жест рукой, прерывая мои унылые мысли. — Вот и выходит, что все эти истории про чудесный взвар — не более чем сказки. Давайте вашу руку для метки.

Я заторможенно протянула руку. Кожу обожгло лёгким холодом, на ней остался крошечный, замысловатый красный символ Канцелярии. Забрав документ, я поднялась.