Книга К черту на кулички, страница 61 – Анастасия Итрухина

Когда мир перестал кружиться, Йердан обнаружил, что стоит, прижимая к себе Астарию, одной рукой обхватив её за талию, другой инстинктивно вцепившись в приставную лестницу-стремянку, которая теперь стояла криво. Лицо его было залеплено грязной тряпкой. На полу лежало ведро, мыльная вода разлилась лужей по половицам.

Астария зависла у него в руках, её глаза, широко распахнутые от неожиданности, были всего в паре дюймов от его. Чешуя на её скулах и шее вспыхнула ярким перламутром, буквально горела от переполняющих её эмоций. Йердана обдало жаром её эмоционального коктейля, в котором перемешались испуг, удивление, благодарность и... желание? Она медленно выдохнула.

— Выпусти, — прошипела она, не двигаясь и не стараясь оттолкнуть его, но эмоции говорили об обратном.

Йердан медленно, будто разгибая заржавленные суставы, опустил её на ноги, затем снял тряпку с лица. Его ореховые глаза сузились.

— Ты что вообще делала? — его голос звучал глухо и слегка хрипловато. Он не мог отделить её эмоции от своих и впервые за долгое время растерялся. В юности с ним было такое, что он начинал принимать чужие эмоции за свои, но он уже давно научился видеть чёткие границы. Только вот из головы никак не шло приятное чувство держать эту хрупкую девушку в своих объятиях.

— Убиралась! — Астария поправила на себе белую рубашку и отряхнулась, её щёки горели. — Здесь, между делом, можно пылью прошлого века подавиться! Ты когда последний раз вытирал пыль с этих полок?

— Я не вытираю пыль. Она создаёт аутентичную атмосферу и защитный слой, — отбрил он, вытирая лицо чистым краем той же тряпки и морщась. — Что это за вонь? Корица? Ты ещё и благовония…

— Это не благовония! Это специя! Я мыла полки с ней, чтобы избавиться от запаха плесени! У нас тут, между прочим, пахнет, как в пещере тролля после праздника! — она ткнула пальцем в сторону разлитой воды. — И не смей говорить, что у тебя аллергия на корицу! Она же не освящённая!

Йердан тяжко вздохнул, чувствуя, как пыль щекочет в носу. Аллергии на корицу у него не было, но это женское желание навести свои порядки портило настроение.

— Зачем вообще полезла на эту старую стремянку?

— Хотела протереть верхние полки! Там паутины больше, чем в подземелье! И я нашла кое-что интересное, — её взгляд стал хитрым. Она полезла в карман своих широких брюк-юбки (которые теперь были забрызганы мыльной водой) и достала небольшой, потемневший от времени деревянный ящичек. — Завалялся за стопкой ничего не значащих свитков о налогах на торговлю мандрагорой в восемнадцатом веке.

Йердан нахмурился, узнавая ящик. Это была одна из его первых «находок» времён жизни при дворе — коллекция перьев для письма, которую он когда-то стащил у своего дяди-принца. Бесполезная безделушка, но ему почему-то было жаль её выбрасывать.

— И что? Собираешься открыть музей канцелярских принадлежностей?

— Собираюсь спросить, — Астария открыла крышку. Внутри, на бархате, лежали изящные перья грифона с наконечниками из осколков лунного камня. — Почему у полудемона, который ненавидит всё королевское, хранится набор перьев с фамильным гербом королевской семьи? Для чего они?

Йердан выхватил у неё ящик из рук и захлопнул крышку.

— Любопытство до добра не доведёт. Особенно когда совмещено с неумной привычкой лазить по гнилым стремянкам и устраивать потопы. — Он отнёс ящик к своему столу. — Ты лучше расскажи, что с кладбищем и венками. Удалось выудить что-то путное?