Книга Пламя крови. Любовь через боль, страница 42 – Даяна Мун

Вампир словно заполняет собой все пространство, заставляя замирать сердца и ускорять дыхание. В нем читается сила, власть и некая необъяснимая притягательность, перед которой едва ли кто может устоять. Кайлан Вайтс сейчас — воплощение холодного и недоступного совершенства, которое недоступно и безучастно к земным страстям.

Разумеется, он не один, рядом Клара. Она хозяйским жестом берет его бокал, прикладывается к краю и с тягучей улыбкой отдает обратно. Выглядит девушка великолепно — ее красное платье, как и все в этом месте, безупречно. Движения Клары наполнены уверенностью хищницы и ее взгляд, направленный на Кайлана, полон огня. Слова, которыми они обмениваются, доносятся до меня обрывками, но их смысл вполне ясен.

— Кайлан, дорогой, сегодня ты просто ослепителен, — её голос, подобно мягкому бархату, обволакивает пространство. — Надеюсь, этой ночью ты поделишься со мной хотя бы каплей своего блеска?

— Мы вернемся к этому вопросу, Клара, — его голос звучит низко и искушающе. — А ночь… — Я не разбираю слов, но вижу ответ в её глазах. Улыбка девушки — это открытый вызов, брошенный всем, кто мог бы претендовать на него.

Я вижу, как ее пальцы невесомо касаются руки Вайтса. В этот момент мой мир сужается до этого прикосновения на фоне сверкающего великолепия. Чувство отчуждения, смешанное с острым любопытством, сдавливает грудь. Я тень, которой открыли мир, но теням не место здесь. Я закрываю глаза, пытаясь вычеркнуть из памяти эту сцену.

— Не смей так на него смотреть, — раздается прямо над моим ухом ледяной шепот. Я вздрагиваю, осознавая, что это Клара.

— Я не понимаю, о чем вы, — произношу я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя сердце отчаянно колотится.

— Ты прекрасно понимаешь, — ее голос похож на шипение змеи а глаза кажутся черными вулканами. — Он мой.

Слова ее ударяют меня, словно хлыст. Я отшатываюсь к стене, но взгляд не опускаю. В глазах девушки нет ни ревности, ни злости, лишь холодная уверенность собственницы и яркое желание уничтожения всего, что станет помехой. Эта уверенность и всепоглощающая страсть пугают больше всего.

— Я не претендую ни на кого, — бормочу я, чувствуя, как меня охватывает дрожь. — Он сам предложил свою помощь в обучении.

— Его хваленое чувство ответственности и полного контроля над любой ситуацией не дают ему другого выхода, — звучит голос Клары, становясь все тише, — поэтому сейчас ты стоишь слишком близко близко к огню. И тебе стоит быть осторожнее, чтобы не обжечься.

С этими словами она растворяется в толпе, оставив меня одну с нарастающим чувством тревоги. Я же выхожу из ниши поднимаюсь наверх, глотая обиду, и скрываюсь в своей комнате, оставляя за спиной блеск раута и яд Клары.

Резкий звук открываемой двери заставляет меня вздрогнуть. Дейвас Салиндор смотрит на меня с порога, и в его глазах я вижу нечто совсем иное, чем холодное безразличие Вайтса. Его силуэт на фоне тусклого коридорного света кажется мне нереальным. Мужчина переступает порог и наглухо закрывает дверь. Я без слов кидаюсь в его объятия, жадно вдыхаю его запах, который зажигает во мне искру надежды на спасение. Щит срабатывает, поэтому руна не выдает никакой реакции на мужчину. Это придает мне чувство уверенности. Я улыбаюсь и, поднимая голову, встречаюсь с его голубыми, полными нежности и заботы, глазами. Этот миг мне кажется воплощением счастья. Дейв… он пришел, я нужна ему!