Книга Пламя крови. Любовь через боль, страница 92 – Даяна Мун

Мой шепот, который слышен только богам и вампиру, звучит как приговор. Каждое слово падает на каменные плиты алтаря с весом свинца. Воздух в храме сгущается, становится тяжелым и звенящим, будто пространство само натягивается, как струна. «Клянусь на крови своей и своих предков. И пусть свидетелем мне станет вечнность и боги, что создали ее. Я заклинаю, того, чье имя начертано на плоти моей. Пусть он не позже полуночи сегодняшнего дня прилет ко мне. Подарит то, что обещал. Но при условии: если любит! Я взываю к истинности: если она не может проявится в моей паре, то жизнь теряет смысл. Если до указанного времени условие не будет выполнено, то пусть моя душа и тело растворятся в вечности. Я взываю к вам, силы руны и крови! И да будут боги свидетелями исполнения моих слов!»

Когда я произношу последний слог и прижимаю ладони к холодному камню, руна на плече не просто вспыхивает. Она взрывается ослепительной, багровой вспышкой, которая на мгновение заливает весь храм неземным светом. А затем — гаснет, оставляя на коже не светящийся след черную метку. Клятва принята. Договор с богами на условиях носителя «Пламени крови» заключен.

Но в этот миг я чувствую, что силы начинают покидать меня. Мир плывет перед глазами, звуки искажаются и превращаются в странный гул. Последнее, что я вижу перед тем, как тьма поглощает, — лицо Кайлана Вайтса впервые застывшее в состоянии не просто удивления, а неподдельного шока. Неконтролируемая ярость плещется в раскаленной лаве его стальных глаз. И в глубине этой ярости — вспышка чего-то очень похожего на ужас.

Я погружаюсь в темноту…

Вечность

Сознание медленно возвращается ко мне. Я лежу не на каменном полу храма, а на чем-то мягком, прохладном, знакомом — шелк. Я делаю вдох и открываю глаза.

Понимаю, что я нахожусь в своей старой комнате в резиденции Кайлана Вайтса. В ней все, как и прежде: кремовые стены, приглушенный свет, огромная кровать. Сейчас комната погружена в глубокие сумерки. За окном — густая, бархатная ночь. Полночь близко. Очень близко.

Я опускаю взляд на свое тело — одета не в свадебное платье. На мне простая сорочка из белого шелка. Каждая клеточка моего тела ноет от невероятной усталости. Судя по всему активация руны и ритуал забрали почти всю мою жизненную энергию, а так как нашего слияния не произошло, то это стало для меня губительно.

В комнате царит ледяная, гнетущая тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов где-то вдалеке. Они отсчитывают последние минуты до полуночи.

У окна, спиной к ко мне, стоит Кайлан Вайтс, Верховный, глава третьей ветви вампирской иерархии. Он не двигается. Его фигура словно вырезана из самой ночной тьмы. Вампир медленно поворачивается. Его лицо — маска из белого мрамора: ни тени эмоции. Но его глаза горят. В них пляшут крошечные ярко-красные искры на фоне плавящейся стали, отражающие свет от моей черной, мертвой руны. В них — вся ярость вселенной, сконцентрированная в одном взгляде.

Верховный делает шаг к кровати. Его движения неестественно плавны и лишены всякой человеческой суеты.

— Ты, — голос Вайтса звучит тихо, но каждый слог разрезает воздух, как лезвие, — совершила величайшую глупость. Ты связала свою жизнь с заклятием, которое не оставляет выбора. Ни тебе. Ни мне.