Книга Подарок для победителя, страница 86 – Алиса Холин

— Так, говоришь, книга тебе понравилась?

— Мне? — чуть не взвизгнула я.

Ответить не получилось, потому что в том, о чём я думаю, боюсь признаться самой себе. Разве можно вот так запросто спрашивать о таком сокровенном? Хотя, какое же это сокровенное?! Самое что ни на есть постыдное! Восстановив по памяти все рисунки в красках и подробностях, а следом, страстных Ниссу с воином, у меня захватило дух. И не найдя подходящих слов, я так и сидела перед Радмиром как рыбка пойманная рыбаком, беспомощно раскрывая и закрывая рот.

— Холодает, — прошептала я. — До звёзд в палатку бы добраться.

— Книгу-то ты верни, думаю, когда ты будешь готова, мы и без неё ещё лучше сделаем.

Светлый боже! Стыдно-то как! Спросить шутит он или говорит правду, мне не хватило смелости. Так как я на шутки была не горазда, и блеснуть в ответ на каверзный вопрос не получилось, я просто спросила, недвусмысленно, не маскируя своих истинных чувств, так как есть:

— Точно?

— Уверяю.

Я кивнула.

Радмир наклонился к моему лицу и задержался на несколько мгновений. Осторожно убрал со лба прядки. В омутах тёмно-синих глаз я разглядела, как сквозь темнеющие тучи начали то тут, то там сверкать звёзды. Робкие небесные искры замелькали в его зрачках, словно осыпая меня драгоценными самоцветами. Моё сердце обмирало от близости наших тел, от обволакивающей воздух уверенно спускающейся ночи, в которой мы были одни.

Кого я пытаюсь обмануть? Вот нисколько не хотелось никуда идти, не хотелось даже с места трогаться. Магия, исходившая от его глаз, не давала придти в себя. Я видела в них мерцающие ярчайшим свечением звёзды, одну единственную дорогу, по которой, взявшись за руки, мы идём в одном направлении, к одной единственной цели... А ещё счастье. Много счастья, настоящего, полного, глубокого, проникающего в каждую клеточку тела. Счастье, от которого кружится голова. Счастье, которое побуждает преодолевать любые преграды и совершать самые необычные поступки во славу наших родов, наших предков.

Наше с ним счастье.

Великан слегка наклонился, и мы коснулись друг друга губами. Ощутила соль, которая оказалась слаще мёда. Нахлынувшее волнение сбило дыхание и переливающееся из великана тепло меня согрело. Беспорядочные, обжигающие поцелуи касались щёк, глаз, лба, и, кажется, на лице не осталось ни одной клеточки, которой бы великан не коснулся губами. Почувствовала, как за талию обхватила его сильная рука, и по телу растеклась блаженная истома. Лишь сейчас я заметила, как сильно Радмир изменился. Жесткие черты лица смягчились, стали нежнее. От прежнего пугающего напором великана не осталось и следа. Что-то неуловимое, разлитое во всех чертах, преображало его. Я осмелилась и коснулась ладонями его колючих щёк. В этот же миг фоном отступили от меня и лагерь с воинами, и сборы к замку Кровавого Эдварда, и бабушка, и мой дар, и даже Пенни.

Вот взяла бы и, если бы было в моих силах, остановила время. Замерла бы рядом с ним бабочкой в сладком, тягучем меду: только он и я. Пусть пролетают мимо минуты, часы, годы, меняются короли, перестраиваются города, лишь мы оставались всегда друг для друга.

Но, судьбы не избежать.

— Сила Богов! — сдавлено произнёс Радмир, когда над нашими головами раздался певучий и звонкий девичий голосок.