Книга Любимая адептка Его величества 4, страница 70 – Яся Недотрога

— Мм-м, – отозвалась я. – У меня уникальный дар.

Миг, и водная фигура, которая держалась шагах в двадцати, переместилась к самому краю бассейна.

— Что за дар? И почему я не слышу в твоём голосе радости?

Вообще-то радости не было потому, что я давно привыкла, способность управлять семенами стала в какой-то степени обыденной. Но прямо сейчас я в самом деле испытала мимолётный укол грусти.

— Меня называют Хранительницей. Я умею говорить с семенами дара, направлять их, а ещё семена меня защищают.

— Как интересно. Никогда о подобном не слышал.

Я пожала плечами, а Эстрил подтолкнул:

— Расскажешь?

Вместо ответа я покосилась на своего застывшего спутника, на Вирста.

— Не волнуйся, это безвредно, – хмыкнул собеседник. – Разморожу твоего телохранителя, когда закончим.

При том, что особого выбора у меня не было, а весь предыдущий опыт намекал, что призрак тут всесилен, я кивнула. После этого из бассейна на камни пола выбралась этакая небольшая волна и превратилась в кресло.

Кресло! Сотканное то ли из воды, то ли из магии, то ли из духа предка моего жениха! А-а-а!

— Да что ж ты такая пугливая? – поморщился Эстрил, создавая себе аналогичное кресло. – Поверь, я не кусаюсь.

Верить товарищам из королевской семьи было опять-таки стрёмно. Но иных вариантов по-прежнему не имелось. Поэтому я осторожно опустилась на нетипичную мебель, вздохнула, и начала рассказывать про свой дар.

Слово за слово, вопрос за вопрос, и с темы управления семенами мы перескочили на историю Дитриха с Диридием.

Потом, как-то незаметно, переключились на сокровища Гоэша и первого ректора. На Психа с Ботаником, на Зору и моё попадание в этот мир.

Я говорила так много, что уже горло и язык заболели, но Эстрил отпускать и не думал. Король слушал очень внимательно, с большим азартом. Задавал разные вопросы. Временами вскакивал и начинал нервно бродить по воде.

Когда выдалась возможность, я тоже спросила:

— Ваше величество, а почему у вас такая странная могила?

— А? – отозвался он.

Потом оглянулся на саркофаг и махнул рукой:

— Ах, это…

— И вот это тоже, – я указала на мерцающую воду. – Какой-то странный у вас склеп. С бассейном.

— Так магической силы в моём теле было слишком много. Побоялись, что земля отреагирует неправильно. К тому же я символ и знаковая фигура – первый маг, да ещё и самый одарённый. Мой склеп должен оставаться в сохранности, невзирая на любые события.

В этот миг почему-то вспомнился Диридий, бывший правитель Откейма, который захоронен… в досягаемости. А Эстрил продолжил:

— Хоть представляешь, каким уровнем дара я владел при жизни? – он сжал мерцающую руку в кулак, словно поднимая тяжеленную гирю.

— А Георг о месте вашего захоронения знает? – выдохнула я.

Эстрил задумался.

— Если тайный королевский архив времён правления моего первого внука не сгорел, то должен знать.

Что там с архивом я была без понятия. Но сразу заподозрила проблемы – если бы нынешний владыка Эстраола был в курсе о подземном склепе, он бы сюда однозначно наведался. Но Георг и его великий предок вроде незнакомы, следовательно, Георг сюда не заходил.

Впрочем, этот момент показался не самым важным. Куда больше волновало другое:

— Ваше величество, магия содержится в семенах дара, но Георг, например, сильнее многих, и обладает целой коллекцией специализаций. Для обычных магов, даже самых благородных, такое невозможно. Я правильно понимаю, что особенные умения Георга – это влияние вашей крови?