Книга Бриллиантовый холостяк. Книга 3, страница 29 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Держать резерв. Хорошо.

Не знаю что это, но обязательно буду.

— Леди Алексия, – осторожно подала голос Зира. – Простите, но что вы делаете?

Кухарку мои телодвижения сильно удивили.

— Я теперь тоже маг, попробую посмотреть. Вдруг сумею помочь?

Зира уставилась ну очень большими глазами.

— Вы магичка всего несколько дней, – сказала женщина. – Вас ничему не учили.

— Так может именно в этом и будет заключаться причина моего успеха? – я хищно клацнула зубами.

Но видя шок кухарки, всё-таки попыталась смягчить ситуацию:

— Вообще говорят, что новичкам везёт. Вдруг это про меня?

— Про дураков тоже так говорят, – пробормотала Зира. – И врут жеж! Вон, наша Офелька какая дура, а совершенно невезучая. Тут не везёт, там не везёт…

Да-да. Когда доберусь домой, опекунше не повезёт снова, но о ней я подумаю позже. Прямо сейчас задача соединить мою магию и знания ключевого артефакта. Если шанс существует, упустить его действительно нельзя.

* * *

Прикрыв глаза, я приготовилась стать самой послушной девочкой на свете. Ничего лишнего. Никакой самодеятельности и прочих инициатив.

Я не разбиралась в медицине – это во-первых. В магической медицине я не разбиралась тем более, поэтому подчинилась Арти на двести процентов. Я превратилась в послушный, готовый в точности выполнить любое распоряжение инструмент.

Позиция Арти тоже поменялась. У колонны Первохрама, да и в прочих случаях применения магии, мне просто задавали направление и описывали алгоритм действий. Сейчас компаньон действовал жёстче – чётко, детально проговаривал каждый шаг.

Как именно сосредоточиться, как войти в энергетическую структуру тела, по какому из каналов переместиться. Где остановиться. Где осмотреться в поисках структурных искажений. Где влить обозначенное количество энергии, и в какие моменты обратить внимание на собственный резерв.

Это было, с одной стороны, понятно, а с другой – очень ново. Самая простая ассоциация – я чувствовала себя зондом, который ввели в тело, и которым управляет врач.

Я видела мерцающие тусклым светом потоки энергии, тени органов, ощущала сердцебиение и слабое дыхание. Я держала концентрацию внимания, но постепенно погружалась в транс.

Отдельная задача – контролировать резерв. Часть моего внимания оставалась сосредоточена на внутреннем сосуде и ручейке, который оттуда вытекает. Иногда ручеёк норовил превратиться в тугую струю – в такие моменты приходилось напрягаться, удерживая поток.

“Это от неопытности, – объяснил Арти. – И от нервов. Когда освоишь, резер будет утекать с постоянной скоростью, без скачков”.

Чем опасны скачки, было понятно без слов. Если не контролировать скорость “утекания”, исчерпаю резерв раньше, чем закончим процедуру, и помочь девчонке однозначно не сможем. Мне катастрофически не хватало энергии! Где бы её взять?

Сколько времени займёт диагностика и что произойдёт дальше, я тоже не знала. Как человеку, который всю сознательную жизнь был нацелен на чёткий результат, воспринимать эту неопределённость было тяжело.

Когда я окончательно потеряла связь с реальностью, когда в голове не осталось ничего, кроме мерцающих каналов и собственного резерва, Арти вдруг выдал:

“Кажется обнаружили”.

Я встрепенулась. Присмотрелась. Перед глазами стоял очередной мерцающий канал, но никаких особенностей тут не было. Всё то же самое. Абсолютно. С самого начала я наблюдала точно такие же каналы и мерцания.