Книга Бриллиантовый холостяк. Книга 5, страница 62 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

— Вон те люди, – Таргон указал на группу, коротая лежала полукругом, возле большого раскрашенного ящика и шеста с ленточками, – их словно выпили.

Помолчав Дрэйк озвучил вопрос, который вертелся в голове у каждого из этих троих мужчин:

— Такое вообще бывает?

Вопрос риторический. Нет. По крайней мере раньше не было.

Высокий лорд кивнул и переступил невидимую черту.

Он вошёл в город, вместе с начальниками двух управлений. Двигался медленно, смотрел внимательно, хмуро кивал заметившим его спецам.

Он больше ни о чём не спрашивал, зато заметил на земле и фасадах тончайшие силовые полоски – не магия, но след магической силы. Полоски тянулись вперёд, к центру, туда же направился и Дрэйк.

Спустя полчаса, они стояли и рассматривали выжженный след на камнях – гигантский сдвоенный прямоугольник. Не будь оплавленности, Дрэйк бы решил, что здесь располагалась некая технологическая платформа.

И да, это был эпицентр.

— Ну и что это? – не выдержал Таргон.

— Понятия не имею, – отозвался Майгор.

Он повернул голову и посмотрел на Дрэйка, но тот промолчал.

У Дрэйка было лишь одно предположение – ситуация связана с ключевым артефактом и предстоящей катастрофой. Однако случилось всё слишком рано.

Артефакт пробудился всего пару недель назад, а он всегда активируется за несколько лет до грядущих событий. Ключевому артефакту необходимо время на подготовку.

Всегда.

Но если хозяйка артефакта Алексия, то… Зная её характер и поразительную, раздражающую неугомонность, всё действительно могло закрутиться быстрей.

— Ларо со своими графиками и прогнозами говорил о неделях, – напомнил Майгор.

Тут Дрэйк всё-таки не выдержал:

— Возможно в ситуацию вмешался некий крайне нестабильный фактор.

Майгор удивился.

— Нестабильный фактор? Ты о чём? Я знаю только одну великую нестабильность, и имя ей…

— Перестань.

Дрэйк оборвал друга и, приблизившись к оплавленным камням, присел на корточки. Щупать и нюхать было бессмысленно, но вдруг?

— А потом кто-то непременно скажет, что это мы, правящие, намеренно уничтожили либералов.

Злая ирония сорвалась с губ сама. Дрэйк не любил Вункерс, но позволял городу существовать и незримо, с помощью всё того же Майгора, держал под контролем.

Он молчал очень долго. Потом поднялся и скомандовал:

— Идём дальше. Передайте своим, что я жду версии. Ответ на вопрос «почему» мне, кажется, известен. Но я хочу понимать, что именно тут случилось. Конкретно. Мы не должны допустить повторения. – Пауза, и чуть более эмоциональное: – Что или кто мог выкачать магию и жизнь из целого города? Кто. Или что?

И всё-таки заниматься магией перед посещением Кэйра было дурной идеей. Усаживаясь в кресло возле постели больного, я чувствовала себя как во времена дедлайнов и многоуровневой отчётности – когда голова ещё соображает, но в любой момент можешь приземлиться физиономией в стол.

В чувство Кэйра не приводили. При первой попытке заворочаться, Эсхилия лично влила в его рот содержимое небольшой мензурки.

Сделала, а потом посмотрела на меня и выдала:

— Что, скоро дочкой мне станешь?

Я поперхнулась. Дочкой? То есть замуж за Нэйлза? Я?!

Чуть не ляпнула, что мне нравятся мужчины постарше, а прямо сейчас мне интересны исключительно деньги и повышение магических способностей.

Вот с чем, а с деньгами и магией ни один мужчина не сравнится! Но в кои-то веки хватило ума промолчать.