Книга Слово дракона, или Поймать невесту, страница 49 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Единственным, что меня настораживало, стали окна. В них лился белый свет, но я никак не решалась подойти и взглянуть.

Когда, наконец, любопытство пересилило, я, для начала, обнаружила ещё одну комнату, которая вызвала сильное недоумение. Это было что-то среднее между столовой, прихожей и кухней, где никогда ничего не готовили. Помещение явно имело хозяйственное назначение — словно пристройка для слуг.

Я сунулась туда, а осмотревшись как следует, замерла и окончательно утвердилась в мысли, что сны подчас бывают очень и очень странными. Знатоки говорят, что они содержат элементы наших воспоминаний, переживаний, мыслей и чего-то там ещё.

Вот и мой, оказалось, содержал! В этом доме, который понравился мне до состояния «хочу остаться!», на самой дальней стене «помещения для слуг», висел большой портрет Рэйтрайна.

Причём синеглазый ящер выглядел на нём непривычно.

Дракон был изображён в простой рубахе, с переброшенной через плечо курткой. Его лицо было совершенно безмятежным, а на губах играла открытая спокойная улыбка. Ни тебе рычаний, ни закатывания глаз, ничего.

Здесь Рэйтран был красивым, спокойным и каким-то почти домашним. Прямо смотри и влюбляйся! Но…

Я влюбляться не собиралась, и вообще надулась, вспоминая его постоянное воркование с Вивироной. Потом подумала, и… Это же сон, а значит…

Действуя по наитию, я сконцентрировалась и вообразила, что над холстом завис чёрный уголёк.

Миг, и уголь действительно появился! Я сконцентрировалась опять, и очень скоро портрет дракона дополнился шикарными подкрученными усами, очками и парой огромных неэстетичных ушей. Хотела ещё рога дорисовать, но решила, что и так сойдёт.

Шалость была совершенно детской, но настроение сразу взлетело до небес. Я разулыбалась и, наконец, решилась взглянуть в окно.

А там, за идеально прозрачными стёклами, был город…

Я увидела небольшой пятачок площади, улицу и людей в ярких одеждах. Погода была солнечной, а небо голубым и высоким. У меня аж пятки зачесались — так захотелось посмотреть на город вблизи.

Пара секунд колебаний, и я всё-таки подошла к последней, совершенно обыкновенной двери. Толкнула её, и в лицо сразу пахнуло свежестью, а ещё незнакомыми ароматами. А солнечный луч пощекотал нос.

Осторожно, боясь передумать, я спустилась по ступеням каменного крыльца, и с изумлением поняла — это лучшее место из всех, что мне доводилось видеть.

Там, внутри непонятного дома, я ощущала себя в безопасности, а здесь наполнилась неподдельным счастьем.

— Эй! — крикнул кто-то. — Эй, госпожа Фрами!

Да, обращались не ко мне.

Какой-то мужчина в простой рабочей одежде окликнул женщину в ярком платье. Та несла корзину, из которой торчали перья лука и прикрытый тряпицей кувшин…

Город жил собственной жизнью, радостной и насыщенной. Кто-то из прохожих спешил, кто-то проплывал мимо как медленная важная рыба. Я же стояла возле крыльца и смотрела завороженно.

К счастью или наоборот к сожалению, меня никто не замечал.

После пары минут этого стояния я обернулась и посмотрела на строение, из которого вышла. То, что внутри воспринималось плоским, просторным и одноэтажным, оказалось компактной башней в четыре этажа.

Башня пусть не сильно, но возвышалась над окружавшими её домами, покрытыми красной и жёлтой черепицей.