Книга Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 1, страница 101 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Когда намочила первое полотенце и приложила к небольшой ране на груди, на пробу, сцепил зубы и болезненно зарычал. Правда рычание – это всё, чем Эрвин ограничился.

Никаких стонов, криков, ничего. Он терпел! С трудом и почти героически! Зато с первого пореза стало ясно, что мой шаткий план сработал, и кшэрровский яд входит в спектр отравы, которую нейтрализует этот дорогущий алкоголь.

Раны, обработанные вином, сразу светлели и начинали затягиваться. Правда здорового вида самому Эрвину это не прибавляло.

Когда директор перевернулся, показывая спину, меня по-настоящему замутило. Не будь эр Форс драконом, уже бы умер десять раз.

В одном месте пришлось прикладывать фактически оборванное мясо, и у директора даже чешуя по этому поводу проступила. Зато с усилением уровня частичной трансформации регенерация усилилась.

— Почему вы не усилили трансформацию раньше? – не выдержав, прошептала я.

— Не мог.

Если честно, странный ответ.

Просто сейчас, после всей перенесённой боли, призывать трансформацию явно было сложней. И я снова спросила:

— Тогда не могли, а теперь можете?

Видимо вышло неуместно, потому что воплощённый буркнул:

— Оставь мою трансформацию в покое, Августа.

Я подумала и прикусила язык. А закончив с последней глубокой синюшной дыркой на его спине, обнаружила, что Эрвин отключился. Он лежал в той же позе, полубоком, лицом к стене, и… сначала я перепугалась решив, что упрямец не дышит, но это было лишь первое впечатление.

Дышал, жил, однако приходить в сознание явно не собирался.

Ну и что с этим делать? Всё-таки позвать Янтарного, чтобы привёл помощь?

Я уже открыла рот, но… Нет, звать не пришлось.

Эрвин

Я словно провалился в вату – вязкую, густую и липкую. Каждая мышца, каждая частичка тела болела, я ощущал уверенные потоки регенерации, но пошевелиться или открыть глаза не мог.

При этом пребывал в полном сознании.

Вероятно в сознании. Кажется. Ста процентов не дам, но похоже.

В какой-то момент в мою обострённо-осознанную тишину вплёлся голос Форгина:

— Что с ним?

Преподавателю по политической подготовке ответила Августа:

— Отключился. Я продезинфицировала раны, а он…

Что-то ещё, каки-то прикосновения, ощупывания и продолжение диалога:

— Да, действительно жив, – голос Форгина прозвучал хмуро. – Восстанавливается.

Ну а леди спросила:

— Как вы поняли, что мы здесь?

— Я не понял, – буркнул политрук. – Лорд Эрвин был недоволен тем, что ты не вернулась в замок вместе со всеми и куда-то телепортировался. Я вызвал старшекурсников, чтобы проконтролировали желторотых, а сам полетел к тебе. Когда добрался, тебя уже не было, а на земле валялся нож. Твой, как понимаю? Кстати, возьми. А ещё там был запах крови…

Пауза и толстяк продолжил:

— Я не знал, что думать. Запах Эрвина на месте тоже учуял, но мог лишь предполагать. Помчался обратно в школу, собрался поднять тревогу, но тут ко мне явился Янтарный дух и объяснил куда вы подевались.

Новая пауза, и снова Форгин:

— Что такое? Почему ты так скривилась при упоминании Хранителя? Между вами какие-то проблемы?

— Ну так, – ответила Августа уклончиво.

— Что случилось? – Форгин по-прежнему хмурился. – Не с Янтарным, а там, возле поля? Кто его, – явный кивок на моё тело, – так?

Леди ответила не сразу. Сначала мне стало чуть теплее, словно кто-то чем-то укрыл.