Онлайн книга «Психотомия»
|
Кто-то в пятом ряду тихо выдохнул. Мужчина с бородкой на первом ряду снял очки, протёр их, надел снова. Строганова, отвернув голову от зала к проектору, продолжила: — Это модель «Вегас». Четырёхгранный. Цвета на выбор: белый, венге, вишня, орех. Ручки из натуральной бронзы, а в комплекте бесплатно постель и подушка из атласа. Она сделала новый клик и продолжила заметно дрогнувшим, ползущим в рыдающий диапазон голосом: — «Аурум». Премиальная линейка… Массив палисандра, венге, чёрного дуба. Внутренняя отделка натуральный шёлк, вышивка золотой нитью. Ручки серебро, позолота. Для тех, кто при жизни привык к лучшему. Опустив руку с кликером, Строганова посмотрела на экран, всё ещё горевший и показывавший последний гроб. — Цены, конечно, разные. Но мы договорились и выбили для наших пациентов скидку в десять процентов. Кстати, у остальных медучреждений всего пять, а у нас целых десять. Цените… Она повернула заплаканное лицо в зал и, вытерев ладонью слёзы, снова улыбнулась и прежним твёрдым голосом продолжила: — И ещё! Хочу поблагодарить за регулярный кэш. Всё чётко, без задержек. А наши заведующие с невероятной точностью предсказывают дату летального исхода в погрешности трёх-четырёх суток. Это позволяет нашим партнёрам из ритуального агентства обрабатывать запросы заранее, чтобы подобрать максимально релевантный продукт! В зале повисла в истинном смысле гробовая тишина – тяжёлая, густая, с недоумённым напряжением. Кто-то кашлянул коротко, нервно. Зрители начали оглядываться друг на друга, будто сверяя, видят ли они то же, что и сосед. Кто-то вполголоса, не то спрашивая, не то утверждая, произнёс: «Это что… это она… что с ней?» Следом за ним другой голос, тихий, растерянный: «Что она сказала про кэш?» Третий, с задних рядов, уже громче: «Какое агентство?» Слова перетекали одно в другое, как вода, нащупывающая трещину в плотине, и шёпот нарастал, превращаясь в озадаченный гул. На сцену выскочили ведущие. Женщина в длинном платье первой схватила микрофон со стойки, но сказать ничего не успела: соведущий в синем пиджаке уже оттеснил её плечом. Он повернулся к диджею, который сидел у пульта с раскрытым ртом и смотрел на экран, не в силах отвести взгляд от чёрного гроба. Ведущий сделал резкое, рубящее движение рукой мол, вырубай, быстро, и диджей наконец дёрнулся, заметался по пульту, будто впервые его увидел. Строганова молча, немигающим влажным взглядом смотрела в зал, затем сунула руку в карман, достала телефон и, пытаясь куда-то дозвониться, расталкивая расступавшуюся на её пути ошарашенную толпу, зашагала к выходу. * * * Могилу выкопали ещё с раннего утра, и земля вокруг неё лежала рядом горкой, перемешанная с крошевом известняка. Гроб стоял на подставках, обитый бордовым плюшем, с серебристой фурнитурой по углам. Крышка была открыта, и в ней виднелась голова покойника. Лицо его было восковым, желтоватым, с плотно закрытыми веками, которые будто кто-то склеил перед церемонией. Рот с тонкими губами неестественно плотно сжат, а губы – чуть синеватые, будто виновато поджались внутрь. Голова лежала на подушке, склонившись чуть набок, так что правая щека была прижата к белой наволочке, а левая открыта сереющему небу. Волосы, густые когда-то, теперь были тонкими и редкими, зачёсанными назад с высокого, крутого лба. Седина лежала в них неровно: на висках плотная, белая, с холодным отливом, на темени уже жёлто-блёклая. Уши были большими, оттопыренными, с крупными мочками, и на правой мочке темнела маленькая, почти незаметная бородавка. Кожа на ушах шелушилась, особенно в складках, и была покрыта мелкими коричневатыми пятнами. |