Книга Лихоморье. Тайны ледяного подземелья, страница 66 – Полина Луговцова

«Ах, пройдоха!» – Кипя от возмущения, Водима вскочил и бросился со всех ног в подвал, предвкушая, как поймает вора с поличным. Проход в бомбоубежище был открыт. Снизу доносился топот ног – наверное, хитрец почуял погоню и припустил бегом. Водиме так и не удалось его догнать: оказавшись на улице, он никого не увидел. Доски, которыми была заколочена дверь запасного выхода, отсутствовали. В дверном косяке остались отверстия от вырванных гвоздей.

Мальчишка же как сквозь землю провалился. Выругавшись, Водима вернулся наверх, к первой двери, и осмотрел замок. Тот был цел, а значит, его отпирали ключом. «Придется менять. Интересно, где проходимец раздобыл ключ и почему не запирал ее за собой? Если б директор не нашел дверь открытой, парень, возможно, так и не попался бы!» – недоумевал Водима. Оказалось, что с обратной стороны дверь не запиралась из-за односторонней конструкции замка.

Водима собрался немедленно сменить замок, чтобы мальчишка не смог пройти через эту дверь обратно, но прежде следовало запереть центральный вход. Когда Якур вернется, ему придется вызывать охранника звонком, установленным снаружи. Оттуда воришка сразу же отправится к директору, после чего его наверняка запрут в кладовке.

Тогда вездесущий проныра не будет больше крутиться вокруг Тильды и не сорвет его тщательно разработанный план!

Через полчаса на двери, ведущей в подземный переход к бомбоубежищу, появился тяжелый навесной замок: Водима отыскал его в ящике со столярными инструментами и, прикрепив металлические петли к косяку и двери, с довольной улыбкой продел в них массивную дужку, представляя, как хитрец оторопеет, обнаружив, что дверь заперта на другой замок, который он уже не сможет открыть.

До самого вечера никто ни разу не позвонил в звонок над парадным входом. А потом началось: педагоги обнаружили исчезновение Якура, выяснили, что тот не присутствовал ни на одном уроке и не вернулся в спальню после занятий. Бледный директор, окруженный свитой учителей, ворвался в помещение охраны и срывающимся голосом потребовал объяснить, куда пропал ученик. Не получив вразумительного ответа, он распорядился вызвать полицию.

Оставшись один, Водима поспешно удалил из видеоархива запись с запечатленным на ней Якуром, спускающимся по лестнице в бомбоубежище, а поздно ночью демонтировал установленную там камеру и на всякий случай даже стер кровавые следы со ступеней. Бесшумно проделав все манипуляции, Водима перевел дух. Теперь полиция не узнает о проделках Якура и не заподозрит охранника в том, что он расправился с вором по-своему. Конечно, доказать такое они не смогут, тем более что это не так, но лишние подозрения Водиме были ни к чему, особенно сейчас.

Вскоре из полиции сообщили о найденном рюкзаке, с большой вероятностью принадлежавшем Якуру: внутри оказались подписанные им школьные тетради. Рюкзак обнаружили на снегу рядом с полыньей в районе побережья Обской губы, неподалеку от хантыйского кладбища и заброшенного поселка Нумги. Тело парня не нашли, хотя в том месте, где он провалился, было не очень глубоко – примерно полтора метра. Решили, что его затянуло под лед и унесло дальше, в залив.

Из родственников в личном деле Якура значилась только бабушка, которую так и не смогли разыскать, чтобы сообщить о смерти внука. Полицейские обошли юрты кочевников, разбросанные по окрестным просторам, но никто из опрошенных не узнал парня на продемонстрированной им фотографии. Единственной зацепкой оказалось упоминание местных жителей о старой женщине по прозвищу Яга, живущей в одиночестве прямо на кладбище, – по слухам, кто-то однажды видел рядом с ней мальчика и слышал, как та называла его внуком.